Разрушительная игра

 – Ежемесячные семейные встречи?

Несмотря на насмешливый тон, он смотрел на меня со странным выражением, почти…

Нет. В тот день, когда я добровольно вступлю с ним в любую форму «семейных» отношений, в аду начнется ледниковый период.

– Ее высочество уже сказала. – Я кивнул в сторону Бриджит. Она сидела спокойно, с нейтральным, почти скучающим выражением лица и наблюдала за нашим разговором. – Мы хотим, чтобы вы внесли предложение об отмене закона о королевских браках.

– А если я этого не сделаю?

– Возможно, новости о вашем давно потерянном ребенке появятся на первой полосе следующего выпуска «Геральд», – сказала Бриджит. – Конечно, гипотетически. Журналисты способны раскопать самые ужасные вещи. – Она покачала головой. – Жаль, они не дождутся выборов. В этом году у вас весьма сильный соперник. Даже намек на скандал может переиграть ситуацию в его пользу. Но что я обо всем этом знаю? – К ней вернулась улыбка. – Я лишь «красивое личико».

Цвет лица Эрхолла изменился с белого на ярко-фиолетовый за долю секунды. Это могло испугать, если бы не было так приятно.

– Вы меня шантажируете?

– Нет, – ответила Бриджит. – Я призываю вас поступить правильно. Ведь вы поступите правильно, да, господин спикер?

Он явно изо всех сил пытался сдержать определенные эпитеты – я видел, как в его голове завертелись шестеренки.

Если он откажется, то рискует потерять политическую карьеру из-за скандала с внебрачным ребенком. Он представлял один из самых традиционных округов страны, и его избирателям вряд ли понравится новость о внебрачном ребенке от американской официантки.

Если он уступит, то проиграет в игре за власть, ведь это именно она и есть. Эрхоллу не сложно внести предложение, но это будет значить, что Бриджит одержала верх. Политика – игра, и проигранная партия – особенно проигранная противнику, которого Эрхолл считал ниже себя исключительно из-за половой принадлежности, – уязвляла самолюбие.

В углу тикали часы, и каждая секунда оглушительно разрезала тишину.

Наконец плечи Эрхолла опустились, и меня охватило предвкушение победы."

"– Даже если я внесу предложение, парламент никогда его не примет, – злобно сказал он. – Общественное мнение вам не поможет.

Улыбка Бриджит не дрогнула.

– Парламент – моя забота. Выполните свою часть работы, и мир никогда не узнает о вашей неосмотрительности. Возможно, однажды вы даже сядете в кресло премьер-министра. Но помните, господин спикер, я стану королевой. И я все еще буду королевой, когда ваша политическая карьера закончится, и вы будете рекламировать свои мемуары о днях былой славы на утренних ток-шоу. Так что в ваших интересах – сотрудничать и не усложнять ситуацию. Вы согласны?

Эрхолл был засранцем, но не идиотом.

– Ладно.