Разрушительная игра

Вы обезоруживали потенциальных противников безукоризненными манерами?

У Бута вырвался сдавленный смешок, но он быстро превратил его в кашель.

Уголки губ Риса даже не дернулись. Ну разумеется, нет. Мою шутку сложно было назвать искрометной, но, похоже, проще было отыскать в Сахаре водопад, чем найти хоть каплю юмора в этом огромном, невыносимо рельефном теле.

– Причины две, – спокойно продолжил Рис, словно я не говорила вообще. – Во-первых, я не лезу в личную жизнь клиентов. Я здесь, чтобы защитить вас от физического вреда. И точка. Не чтобы стать вашим другом, поверенным и так далее. Так мои суждения остаются беспристрастными. Во-вторых, мои клиенты следуют основному принципу безопасности.

– И в чем же он заключается? – Моя вежливая улыбка таила предупреждение, но он либо не заметил его, либо проигнорировал.

– Они делают, как я говорю, когда дело касается безопасности. – Серые глаза Риса встретились с моими. Я словно уставилась на непоколебимую стальную стену. – Понимаете, ваше высочество?

Забудьте про любовь и страсть. Больше всего мне сейчас хотелось стереть самоуверенность с его лица.

Я вжала кончики пальцев в бедра и заставила себя досчитать до трех, прежде чем ответить.

Когда я заговорила, Антарктида казалась пляжным раем по сравнению с моим ледяным тоном."

"– Да. – Я ехидно улыбнулась. – К счастью для нас обоих, господин Ларсен, вы не интересуете меня как друг, поверенный или «и так далее».

Я не удостоила ответом вторую часть его речи – о том, что мне следует делать, как он говорит. Я не идиотка. Я всегда прислушивалась к советам Бута, но точно не собиралась подпитывать и без того раздутое эго Риса.

– Хорошо. – Рис встал. Его огромный рост меня раздражал. Присутствие Риса подавляло все вокруг, и он становился единственным, на чем я могла сосредоточиться. – Я осмотрю дом, прежде чем мы обсудим дальнейшие действия – в частности, улучшение системы безопасности. На данный момент сигнализацию сможет взломать любой подросток с доступом к «Ютубу».

Он послал мне неодобрительный взгляд и исчез на кухне.

У меня упала челюсть.

– Он… Ты… – пробормотала я, практически утратив дар речи. – Нет, никогда! – Я повернулась к Буту, который пытался слиться с гигантским растением в горшке у входной двери. – Ты не уйдешь. Я запрещаю.

Рис не мог стать моим телохранителем. Я прикончу его, а арендодатель прикончит меня за кровь на ковре.

– Может, он просто нервничает из-за первого дня, – неуверенно предположил Бут, явно сомневаясь в собственных словах. – Вы нормально поладите после… эм… переходного периода, ваше высочество.

Возможно… если мы вообще переживем переходный период.

– Ты прав. – Я надавила пальцами на виски и глубоко вздохнула. Я справлюсь.