Развод. Ты разрушил нас

Сейчас меня заберут у Кирилла и насильно выдадут замуж. Больше я никогда не увижу его.

Поворачиваю голову и вижу невозмутимое выражение лица Кирилла. Он поднимается на ноги, я делаю то же самое. Кир берет мою ладонь и сжимает ее крепко. Так крепко, что я понимаю: он не отпустит меня. Больше никогда.

Я понятия не имею, что нам делать.

Остается надеяться только на одно — на адекватность властей Эмиратов. На их неподкупность. На то, что после того, как они услышат правду, вопросы отпадут сами собой.

— Полагаю, вы обознались, господа, — убийственно спокойно произносит Кирилл, переходя на английский.

Мужчины тычут Киру в лицо планшет. На экране мое лицо. Я сфотографирована на очередном приеме, который устраивала Светлана.

На фото я в роскошном кремовом платье. Волосы уложены красивой волной, на шее и в ушах брюлики. На этой картинке я настоящая принцесса. Утонченная и ухоженная.

Сейчас же я выгляжу иначе — не накрашена, растрепана, бледна. В спортивных штанах и кроссовках.

Кирилл всматривается в экран, потом переводит взгляд на меня. Вскидывает брови и отвечает, улыбаясь:

— М-м, надо же! И вправду похожи. Но, боюсь, это какая-то другая девушка. Как считаешь, дорогая?

Спрашивает меня и смотрит как ни в чем не бывало.

— Неужели я похожа на нее? — удивляюсь я и заглядываю ему в лицо.

Стараюсь вести себя невозмутимо и искренне строю недовольную гримасу.

— Она такая красотка! Ну куда мне до нее.

Бывший муж недовольно цыкает и качает головой:

— Детка, для меня ты самая лучшая и самая красивая! Моя королева. А эту девушку я не знаю. Так что, офицеры, помочь мы вам ничем не можем.

Кирилл даже разводит руками, мол, с нас взятки гладки. Я беру его под локоть и прижимаюсь крепче.

Поверили? Нет? Полицейские переглядываются, и, видимо, сомнений в том, что я тут по по доброй воле, что меня никто не похищал, остается все меньше.

— Предъявите ваши документы, — в конце концов произносит полицейский.

Плотников ведет себя совершенно спокойно. Ни один его мускул не дергается на лице, и я решаю довериться ему. Если он не нервничает, значит, нет повода.

Я бросаю короткий взгляд на ребят, с которыми приехал Кирилл, но они никак не участвуют в беседе. Один раскрыл газету и делает вид, что страшно увлечен ею, хотя взгляд его напряженно следит за мужчинами.

Второй сидит в наушниках, но я уверена, что в них не играет музыка.

Третий притворяется спящим.

Скорее всего, на данный момент ситуация под контролем, но сердце тем не менее стучит очень быстро, прерывая дыхание.

Кирилл долго копается, но в конце концов достает из небольшого рюкзака наши паспорта и отдает их полицейскому. Я сглатываю. Сильнее льну к Киру, он, будто чувствуя, как мне страшно, прижимает меня к себе теснее.

Прячу лицо на груди у бывшего мужа и глубоко вдыхаю.