Развод. Цена моего прощения (СИ)

Царапина, — равнодушно отвечает Кир и поднимает моё лицо за подбородок, чтобы я больше не рассматривала его грудь.

— Ничего себе царапина. Как ты вообще ходишь ещё? И почему тебя не госпитализировали до сих пор?

— Потому что я сам решаю, надо мне это или нет.

— У тебя там синяк размером с мяч. Тебе нужен покой, — продолжаю настаивать я.

Кир закатывает глаза.

— Женщина, мне лучше знать, чего я хочу. И на данный момент я хочу тебя.

— И как ты собираешься это сделать? У тебя что совсем отсутствует инстинкт самосохранения?

— Ну если ты так сердобольна, то можешь удовлетворить меня и своим милым ротиком.

— Ты ненормальный.

— Почему же? — поднимает бровь.

— Потому что у нормального человека на первом месте должно быть его здоровье.

Он всё ещё нависает надо мной, но я скрещиваю руки на груди и умудряюсь даже в таком положении принять независимый вид.

— Удовлетворение потребностей — это тоже здоровье.

И что ему ответить на это?

— Я…я, — мне ничего не приходит на ум, что сказать.

— Ну вот и отлично.

— Я хочу домой. К сыну. Выпусти меня.

— Тебя никто не держит.

— Но врач сказал…

— Хорошо. Собирайся. Отвезу домой.

Он резко опускает руки и отворачивается. И я должна радоваться, что он отстал, а радости нет.

Быстро собираю вещи, их немного и иду вслед за Кириллом. Заходим в кабинет к врачу.

— Сеня, мы поехали, — говорит доктору и жмёт ему руку.

— А выписку? — удивлённо протягиваю я.

— Она тебе нужна? — Кир смотрит с насмешкой. — Может ещё и больничный оформить?

— Нет, но…

Видя моё недоумение врач Арсений Витальевич, наконец, поясняет:

— Елена Александровна, не переживайте, я всё оформлю и вышлю на почту.

— Аа, ну хорошо."

"До дома едем молча, хотя у меня такой сумбур внутри. Хочется задать массу вопросов, но я сижу, сложив руки на груди. Изредка поглядывая на Кира. Зато по его лицу ничего не прочитать. Будто он поймал дзен и так и живёт с ним.

Мысли возвращаются к тому вечеру, когда мы сидели в кювете и свободно разговаривали. Как он переживал за меня, тёр руки и обнимал, пытаясь согреть. Вроде случай такой нехороший — авария. А я бы, наверно, ещё раз её пережила, чтобы вернуть те мгновения. Кир опять отгородился от меня и забаррикадировался.

— Завтра будет приём. Я хочу, чтобы ты присутствовала, — неожиданно заявляет он.

— Приём? А по поводу?

— Годовщина предприятия. Нас пригласили.

Даже не смотрит на меня. Может, и к лучшему, а то у меня сейчас наверно вид дебильный. Я борюсь с улыбкой, которая нагло пробивается на лицо. Впервые Кир хочет, чтобы я присутствовала на приёме и сопровождала его. Это как…как…Ведь это что-то да значит? Да?

Но я не хочу показывать свою радость. Хмурюсь.

— А как же Наташа?

— Она тоже будет.

— Зачем?

— Она хороший секретарь, отличная помощница.