Результат испытательного срока

Память вытаскивает из глубины сознания некоторые моменты нашей семейной жизни, прежде казавшиеся мне незначительными.

Какая же я была дурочка…

Нестерпимое желание плюнуть в лицо Журавлеву, подавила с трудом. Распинался передо мной в кафе, что его папины деньги начали подбешивать!

— Арин, от таких доходов, твой отец перечисляет тебе семьдесят тысяч, обычно начисляется определенный процент от прибыли, это конечно не мое дело, просто обидно за тебя…

На протяжении нашей жизни он не раз и не два заводил эту песню.

— Сереж, нам хватает и этой суммы, тем более на продукты, мы не тратимся, все, что привозят папа оплачивает. Не нужны мне никакие проценты, учиться закончим, заработаем сами. — объясняла сочувствующему мужу.

Бесили Сережу не деньги, а их количество. Мало. Хотелось больше! С этим все ясно, непонятно другое, зачем этот….Светлане понадобился? Вернее — для чего? Ответ где — то на поверхности, и он, стопроцентно не о внезапно вспыхнувших у Светы к Сереже чувствах. Бог с ними. В этом дерьме копаться не буду.

С Нагатинской поймы, я все же уехала на своей мазде. Пришла в себя, к чему постороннего человека утруждать. Константин и без того, для меня сегодня много сделал. Поблагодарила его, обменялась номерами телефонов, заверила, что завтра без опозданий буду в Деловом центре, и отправилась восвояси. К Ксюшеньке, и к маме, пойдем с ними вместе на Чистопрудный, смотреть как журавль трепещет крыльями, в окружении пенных столбиков бьющих из фонтана.

Белая мазда выплыла за поднятый шлагбаум, Константин Баринов проводил автомобиль взглядом, уселся за руль своего лексуса, вытащил телефон, набрал номер. Абонент будто дожидался звонка, моментально взял трубку.

— Привет! Все, что ты просил, я сделал. Журавлева назначили, на должность исполнительного, с испытательным сроком, скользкий типчик твой протеже. Арину я забираю в головной офис, так спокойнее будет. Кстати, Арина с Журавлевым успела пообщаться. Да, вел он себя по хамски, как ты и предполагал. Она — то выводы сделала, в этом я уверен. В типчике сомневаюсь, не хотелось бы, чтобы он начал ей докучать. Ладно, завтра созвонимся. Нет, знают только три человека: ты, я, и Артем Игнатов.

Абонент отключился.

— Да, старый лис, втянул ты меня. Мало своих проблем, еще чужие прибавились, — беззлобно проворчал Константин, поворачивая ключ в замке зажигания…

/Константин.

От Нагатинской поймы, до Пресненской набережной, с учетом пробок — тридцать минут. Я уже сорок мать их потратил, и еще не подъехал к Москва — сити, водителем что ли обзавестись, появится возможность работать в дороге, за сорок минут, всю входящую почту можно было перелопатить. — вслух ворчу, дожил.