Россия — Советский Союз, 1946–1991 гг.

"

"В основу всего горбачевского доклада была положена идея, что все проблемы, с которыми столкнулось советское общество на современном этапе — это наследие сталинизма, а «горбачевская перестройка» — это «возвращение к ленинизму». Поэтому в этом докладе впервые после Н.С. Хрущева на официальном уровне сталинские репрессии были названы преступлением, была поставлена под сомнение обоснованность этих репрессий и тем самым положено начало идейной, а затем и юридической реабилитации их жертв. Первым среди этих жертв был назван Н.И. Бухарин, после чего стала активно пропагандироваться идея о возвращении к НЭПу, верным стражем которого якобы был этот настоящий большевик-ленинец.

Позднее, характеризуя всю эту кампанию и раскрывая ее потаенный и действительный смысл, главный «архитектор» горбачевской перестройки академик А.Н. Яковлев в предисловии к предельно лживой «Черной книге коммунизма», написанной коллективом французских историков-еврокоммунистов под руководством Н. Верта и С. Куртуа, предельно цинично писал: «После XX съезда в сверхузком кругу своих ближайших друзей и единомышленников мы часто обсуждали проблемы демократизации страны и общества.

Избрали простой, как кувалда, метод пропаганды ""идей"" позднего Ленина. Надо было ясно, четко и внятно вычленить феномен большевизма, отделив его от марксизма прошлого века. А потому без устали говорили о ""гениальности"" позднего Ленина, о необходимости возврата к ленинскому ""плану строительства социализма"" через кооперацию, через государственный капитализм и т.д. Группа истинных, а не мнимых реформаторов разработали (разумеется, устно) следующий план: авторитетом Ленина ударить по Сталину, по сталинизму. А затем, в случае успеха, Плехановым и социал-демократией бить по Ленину, либерализмом и ""нравственным социализмом"" — по революционаризму вообще. Начался новый виток разоблачения ""культа личности Сталина"". Но не эмоциональным выкриком, как это сделал Хрущев, а с четким подтекстом: преступник не только Сталин, но и сама система преступна». Тем самым господин А.Н. Яковлев предельно открыто признал, что дело заключалось отнюдь не в восстановлении исторической правды и справедливости, а в идеологической подготовке задуманной им же реформы политической системы, призванной сокрушить саму эту систему.

Кроме того, особое значение в этом докладе имело заявление М.С. Горбачева о том, что «никто не знает истины в последней инстанции», поэтому следует отказаться «от монополии на истину». Если учесть то обстоятельство, что до сих пор в качестве последней инстанции выступала именно КПСС, в КПСС — ее роль играл ЦК, в ЦК — Политбюро, а в Политбюро — Генеральный секретарь, то получается, что осенью 1987 г. устами самого М.С.