Стальной цветок долины

— Лора? Кто она? Расскажи о себе, как ты оказалась в лесу.

— Мой отец занимался торговлей. Был важным человеком в Ансье, — гордо проговорила девушка, став на миг человечной, что ли, — у нас был хороший большой дом…

— Я всё, — прервала наш разговор Арья, выбравшись из кустов.

— Молодец, — улыбнулась ребёнку, убирая с волос несколько листочков, спросила у Иветты, — и что произошло?

— Кто-то напал на дом, отца и маму сразу убили, я была в своей комнате и успела выбраться в окно, а потом… дом охватило огнём.

— Мне жаль."

"— На улице было много воинов, они вытаскивали всё из домов и поджигали их, — всхлипнула Иветта, — они так ругались и хватали женщин. Я кинулась в лес, Лора бежала за мной.

— Ты не знаешь, кто мог напасть?

— Слышала, как папа говорил с Джеймсом, что граф Ларкинс недоволен соседом, — равнодушно пожала плечами девушка.

— Джеймс?

— Мой брат, он был в доме, я не знаю, что с ним…

— А Лора? Она твоя сестра?

— Вот ещё, — сердито фыркнула Иветта, вновь став высокомерной барышней, — отец купил её, мне в услужении пару лет назад. Глупая девка из-за неё мы чуть не попались.

— Хм… но всё же удалось скрыться, — вежливо улыбнулась, потянула Арью к костру, — идём к огню, стало холодать.

— Надин, а Киан он воин?

— Наверное, — осторожно ответила, поглядывая в сторону мужчин.

Больше ни слова не сказав, Иветта устремилась к лагерю, первой приблизившись к костру.

— Надин, каша готова, — с улыбкой произнёс Ломан, — Сет уже поел.

— Спасибо, — поблагодарила, устраиваясь на своё место, я смотрела на Иветту, которая остановившись возле Брана, украдкой поглядывая на Киана, звонко засмеялась.

— Держи Арья, сегодня каша из арабского зерна, такую прабабка Киана любила, — довольно проговорил Ломан, вручая нам по чашке с гречневой кашей с разварившейся в ней на мелкие волокна мясом.

— Гречка, — назвала рассыпчатую пахнувшую дымком крупу, набрав полную ложку, стала дуть на неё, чтобы отсудить, но аромат был такой аппетитный, что я уже через мгновение запихнула её в рот. Прикрыв от удовольствия глаза, прошептала, — очень вкусно.

— Так, эту крупу прабабка и называла, — подтвердил Ломан, — я помню её ребёнком, она долго жила, всё лицо было покрыто морщинами, но ходила твёрдо и прямо до самой кончины. Она мать Киана растила, когда её муж и два сына погибли в борьбе за земли.

— Как это страшно, — прошептала, с трудом представив себе, как это лишится сразу и детей, и мужа.

— Куинн сильная правительница была, — гордо произнёс Ломан, — многому научила людей, внучку достойной воспитала, замуж выдала…

— Получается в долине неспокойно? — обеспокоенно спросила, не впервые услышав о нападениях.

— В долине тихо, но земли Риана и Киана простираются далеко за ней, вот там время от времени нападают.