Рыжая проказница

— Эверилл!

Она вздохнула, а потом, волнуясь, сказала:

— Н-настойку, ч-чтобы им б-было н-нехорошо и они п-перестали п-пить.

Он недоверчиво прищурился:

— Так это по твоей милости их тошнит, а не от виски?

— Да, — призналась Эверилл.

Она думала, что он сейчас придет в бешенство, но, вместо того чтобы ругаться, Кейд рассмеялся.

— Какая же ты умная ведьмочка! — воскликнул он.

Эверилл с сомнением посмотрела на него:

— Так ты не сердишься?

— Нет, конечно. Я очень тебе благодарен. Гавейн уже столько дней не пьет. Он стал похож на человека. А с моим отцом все разрешилось так легко именно потому, что он уверен, что умирает. Вот он и отдал мне власть в замке без всякого сопротивления. И он так и не выпил виски, которое ты оставила ему.

Эверилл сказала осторожно:

— Я думаю, что Гавейн бросил бы пить сам, если б узнал, что ты вернулся. Не думаю, что он пил также сильно и по тем же причинам, что твои отец и брат. Что же до них двоих, то твой отец может снова не выдержать и выпьет виски, которое я оставила, а Броди еще не освободился от зависимости, судя по тому, что снова и снова просит принести ему выпить.

Кейд пожал плечами:

— Если они пьют, то пусть пьют. Но если их будет тошнить каждый раз, когда они будут пить виски, скоро они не смогут на него даже смотреть.

— Да, но у меня кончилась настойка, и я не уверена, что смогу найти траву, из которой ее готовила, — с сожалением сказала Эверилл.

— А что за трава, где она растет?

— У водоемов.

Кейд немного подумал, а потом кивнул:

— Наверное, у реки ее можно будет найти. После обеда мы туда съездим.

— Нет, — возразила Эверилл. — Ты не выйдешь за пределы двора. Я поеду с Уиллом и его людьми. Я не хочу, чтобы тебя опять ранили. Ты только-только начал поправляться.

Кейд пожал плечами:

— Все будет хорошо. Мы возьмем охрану.

— Бери кого хочешь, — угрюмо сказала она. — Но я в таком случае никуда не поеду. Можешь сам искать траву, если твердо намерен ехать.

— Но я не знаю, что это за трава, — нахмурился Кейд.

— Тогда оставайся в замке и позволь мне поехать и привезти ее.

Вид у него был сердитый, но на лице отражалось не только возмущение, но и восхищение.

— Оказывается, жена, ты ловкая женщина.

— Да, — с улыбкой согласилась Эверилл.

Она была рада, что победила в споре.

Кейд покачал головой и сказал:

— Хорошо. Я останусь в замке. Теперь у меня много дел — ведь я владелец поместья. Но ты держись рядом с Уиллом и не отходи от охраны.

— Хорошо, дорогой, — сразу же сказала она, мило улыбнувшись.

— Уилл много чего рассказывал о тебе, но он никогда не говорил, что ты чертовски умная.

— Я не умная, — возразила Эверилл, а потом повторила предостережение, которое ей часто повторяла ее мать: — Ум в женщине — непривлекательное качество.