Секретные поручения 2. Том 1
Следователь прокуратуры Петровский убивает бандита Курлова. И сам же вынужден расследовать это дело. Но ситуация осложняется тем, что и Петровский, и Курлов когда-то вместе работали в проводимой ФСБ программе «Чистые руки»; в прокуратуре знают, что Петровский – внедренный к ним офицер ФСБ и любая оплошность Петровского может стать для него роковой…
На выходе со двора стояло одноэтажное кирпичное здание, школьные мастерские, слева ледовая площадка, где азартно щелкали клюшками подростки, а сразу за мастерскими, чуть правее, – автобусная остановка с осыпавшимся наполовину шиферным козырьком. Здесь Денис остановился, здесь он был невидим.
На миг мелькнула мысль: а это что еще за приступ дешевой романтики? Как-никак, в папке у него документы, тот же протокол опознания Д. Д. Рогова в единственном экземпляре!.. Но тут же подумал, что волноваться нечего. Этот Сорок Пятый – обычный мудило. Следопыт хренов.
Скрипят педали, шуршат педали…
«Ну и где он?» – подумал Денис. Глянул вправо – длинное приземистое здание мастерских упиралось в глухой забор, там начиналась цепочка частных построек.
Спустя пять минут Денис понял, что ждать больше нечего. Он вышел из-за мастерских. На ледовой площадке продолжался бой, и какой-то мальчишка истошно вопил: «На пятаке!» Женщина с авоськами пересекала школьный двор, направляясь к остановке.
Денис, чертыхаясь про себя, направился к остановке. Автобуса пришлось ждать целых полчаса. Еле втиснувшись в переполненный салон, он отвоевал себе место на задней площадке, уперся лбом в замерзшее окно. Автобус тронулся и поехал, едва не задевая асфальт перекособоченным правым бортом. Спустя минуту вслед за ним пристроился красный «опелек». Денис сперва не обратил на него внимания, но, когда на следующей остановке «Опель» не ушел на вторую полосу, чтобы объехать препятствие, а замер, не доезжая нескольких метров, Денис заставил себя всмотреться в лобовое стекло.
* * *"
"О горкомовской столовой когда-то ходили легенды. Жареные перепелки, телячьи отбивные и бутерброды с паюсной икрой. На шестьдесят копеек можно было плотно пообедать. А на входе стоял швейцар. Позже все здесь как-то захирело и пришло в упадок.














