Секретные поручения 2. Том 1

А молока не надо, холодильника ж в кабинете нет, а без холодильника до вечера скиснет.

Лучок зеленый пригодится, когда ближе к вечеру в кабинет зайдет Вася Кравченко и посмотрит выразительно: «чебурашку» прикончим? «Чебурашку» надо кончать, это любому ясно. В кабинете, заперевшись на щеколду. Ноль тридцать три «Русской», подоконник с двумя пластмассовыми стаканчиками, стрелка лука в руке, разговоры, где нет места даже телкам и футболу, а только квадратные метры, да штапики, да «дисперсионка», которой окна лучше не красить, бо темнеют, – и все сползает постепенно на эту блядскую работу, где глубина ранений на теле гражданина В.

ну никак не вяжется с длиной клинка и молочным возрастом подозреваемого – четырнадцатилетнего оболтуса Р. Может, подставляют его? А вот куда, скажи мне, Вась, куда мы катимся?.. А когда закончишь задушевную беседу – за окнами уже заметно стемнело, на улице зажглись оранжевые фонари. Скоро домой. И хочется еще выпить. Раньше не хотелось, а теперь хочется…

Денис открыл сейф, окинул взглядом полку с делами. Как дела, хау ду ю ду? А хрен бы с вами со всеми… Бу-бу.

Два второстепенных «висяка» – пьяная ножевая драка со смертельным исходом и сомнительное самоубийство, которое так и не стало доказанным убийством, – лежали на нижней полке, отдельно от остальных.

Он взял их, пролистал по-быстрому. Нет, ничего достойного внимания. Где же тогда оно, достойное?

Взгляд зацепился за секретное отделение, где помимо вещдоков из ювелирного да пустой кобуры находилась та самая заветная «бу-бу». Кравченко еще называл – «чебур». Чебурахнемся, Тихон?"

"Это и есть то, что ты ищешь. То, что тебе надо. И не парь мозги, банан…

Ни фига.

Он вынул папку с материалами по убийству Курлова. Четыре протокола, опись вещдоков, пачка фотографий с места происшествия, копии направлений на экспертизу. Денис пролистал протоколы. Кирьян, Кирьян… Ага, нашел. Фамилия этого бомжа, единственного (если не считать следователя-участника) свидетеля происшествия – Кириченко. Анатолий Олегович. Сочетание не из легких: Анатолий да еще Олегович. Похоже, родители этого пьянчужки не долго думали, как его назвать. Их мучали какие-то другие проблемы. Скорей всего, алкогольные. И наверняка – безденежье…

Кириченко вполне может оказаться Кирьяном.

Его бесцветная плоская фамилия обретает смысл, информационную наполненность. Это Кирьян, понимаешь, ему надо пару рупий на кирево.

Денис встал, чтобы взять пепельницу на подоконнике. Глянул в окно. Скамейка пуста. Что ему надо было, этому уроду?

Хоть бы зашел кто, в конце-то концов. Есть дело, старик, надо пришить «чебурашку», понимаешь? С тихим треском свернуть ему башку в полумраке, расчленить жидкий труп на два стакана. Будь здоров. Мурло.

Но никто не придет.