Семья. Измена. Развод

— Спокойной ночи, — едва заметно улыбаюсь и прячусь в своей спальне.

Долго ворочаюсь, прежде чем заснуть, а когда это все-таки случается, я вновь бегу к лесной опушке. Только теперь там не один рыдающий и зовущий меня Марк. Там еще один ребенок. Совсем крохотный. В коляске. Он тоже плачет.

Когда я добираюсь до детей, Марк замолкает, а вот плач в коляске трансформируется в слова.

— Мама, зачем ты меня убила?

Подскакиваю на постели. За окном уже рассвело. Смотрю на часы. Восемь утра.

Меня всю трясет. Щеки мокрые. Пальцы дрожат.

Трогаю свой живот и не могу сдержать истеричный плач. Вою, уткнувшись лицом в подушку, пока в комнату не заходит Миша.

Бросаю на него растерянный взгляд. Он выглядит взволнованным.

— Ты чего?

— Просто кошмар приснился. Все нормально, — растираю слезы по лицу. — Ты же сказал, что уедешь сегодня рано.

— Папку забыл, пришлось вернуться.

Смотрю на мужа. Он и правда держит в руках папку.

— Даш, — Миша подходит ближе. — Может быть, вам с Марком отдохнуть?

— Может быть.

* * *Наблюдаю через окно за тем, как Миша садится в машину и почти сразу пишу сообщение маме. Мне нужно, чтобы она приглядела за Марком, пока я отлучусь в город по делам.

Заглядываю в комнату к сыну.

— Ты уже проснулся? — улыбаюсь, замечая, что сегодня он выглядит гораздо бодрее.

— Ага.

— Как себя чувствуешь? Что-то болит?

— Ничего. Мам, можно сегодня гулять пойти?

— Маркуша, сегодня нет.

— Ну мам…

— Посмотрим, как завтра себя будешь чувствовать, и решим. Ладно?

Марк хмурит бровки и слезает с кровати.

— А если папа разрешит? Я у него сейчас спрошу.

Сын бежит в Мишину спальню и не обнаружив там отца, нацеливается на кабинет.

— Папа уехал уже, Марк.

— Уехал? — смотрит на меня огромными, но безумно печальными глазищами.

— Да, но...

— Я ему позвоню! — загорается, как только замечает в моих руках телефон.

— Позвони, — пожимаю плечами и протягиваю Марку мобильник.

В том, что Миша скажет нет, я не сомневаюсь. Плюс, Марк расстроился, когда понял, что папа не пожелал ему доброго утра. Ему нужен этот разговор в любом случае.

А ведь и правда, Миша никогда не лез в мое воспитание. Удивительно, но раньше я этого даже не замечала. Если я говорила Марку нет, Князев ни разу не ставил мои решения под сомнения перед сыном. А ведь мог…

Что я сейчас делаю? Оправдываю его, что ли? Ну вот точно дура, отец прав, набитая просто.

— Не отвечает, — Марк, насупившись, отдает мне телефон и громко топая, бежит вниз.

Спешу следом.

— Он сказал, что у него важное совещание. Он обязательно сам потом перезвонит. Не расстраивайся.

— Почему он ушел так рано и даже не завтракает с нами? — Марк забирается на стул, — Он нас хочет бросить?

Замираю у сына за спиной, поджимая пальцы на ногах.