Серая мышка для босса (СИ)

 — Ты в койке меня устраиваешь, я тебя тоже.

Видя, что я готовлюсь что-то возразить, он быстро добавляет:

— И да. Альтернатива — увольнение.

Охренеть! У нас, что, в городе кончились профессионалки?

— Увольняйте, — сдерживаясь из последних сил, даю ему цензурный ответ.

Князь мрачнеет.

— Ты уверена в своем решении, Лиза?

— О да! А вам, Егор Кириллович, рекомендую оповестить директора по персоналу о новых требованиях к должностям в финансовый отдел! Какого хрена? Вы, что, секс можете получить только шантажом? — все, меня несет, и я уже не выбираю выражения. — Мне предупредить Константина Дмитриевича? А то он как-никак начальник отдела! Вдруг и ему тоже нужно подтвердить квалификацию?

У меня перед глазами красная пелена.

Я как вспомню, что я пережила за те два дня, после нашей сделки, мне его убить хочется!

— Какая комета на вас упала? С чего вы решили, что можете делать из меня проститутку?

— Любой труд должен быть оплачен, — сузив глаза, цедит он сквозь зубы.

Труд? Мать его, труд? Ах, ты гад!

— Так и обращайтесь за специфическим трудом к компетентным людям! Вы же понимаете, что выкручиваете мне руки, так? Понимаете, что добровольно я на это не пойду? Иначе не угрожали бы увольнением!

— Лиза, — попытается угомонить меня Раевский.

"

"— Что «Лиза»? Вы совсем края потеряли, Егор Кириллович! Я не собираюсь с вами спать!

— А я собираюсь, — упрямо возражает Князь.

— И что? Насиловать будете? — театрально закатив глаза, спрашиваю этого непробиваемого тирана.

— А не придется! — он тоже начинает закипать. Но в отличие от меня, уже бегающей по кабинету, Раевский все еще подпирает стол, сложив руки на груди. — Стоит мне тебя за грудь ухватить или юбку задрать, ты уже мокрая.

Так чего ты выкобениваешься, Лиза?

По упрямо поджатым губам, понимаю, что он закусил удила. Так мой десятилетний племянник реагирует на любые возражения его желаниям.

— Вы так уверены в своей неотразимости? — поражаюсь я его самомнению.

— Мне еще раз предъявить свои аргументы?

Ах, аргументы! Что ж, Князь, мы еще посмотрим, чьи аргументы весомее!

Я молча подхожу к нему. Он напрягается, когда я осторожно кладу ему руку на щеку. Прижимаюсь к нему всем телом, поднимаю к нему лицо. Другой рукой я провожу по его бедру, поднимаюсь выше, накрываю возбужденный член.

«А он не хило разозлился», — проносится у меня в голове. Видимо, очень хочет наказать.

Тянусь к нему губами, и Раевский неосознанно наклоняет ко мне голову, я прикусываю его нижнюю губу, вызывая у него нервный вздох. Он старается теснее вжаться в меня пахом, а я продолжаю наглаживать его живот, бедра.

Наконец, он расплетает руки на груди, когда я начинаю целовать его шею. Он опирается руками на стол позади и откидывает голову, оставляя себя полностью открытым для моих инициатив.