Сердце Дракона. Предпоследний том. Часть 1

— Да, — просипел Хаджар, усилием воли заставляя стихнуть волны боли, бьющиеся о стенки черепа. — спасибо… давайте продолжим.

Глава 1844

Какое-то время Эваалел разглядывал Хаджара с легкой ноткой подозрения в глазах. Как и в мире смертных — адепты почти никогда не лезли к другим с ненужными расспросами. И, чем выше по ступени развития, тем ярче это проявлялось.

Если в самом начале становления адепта расспросы считались неуместным панибратством, то в Империях — хамством, а в Чужих Землях — оскорблением.

Да, разумеется, главу Золотого Неба не мог не заинтересоваться тот факт, что у Хаджара так сильно заболела голова, что тот на какое-то время потерял нить разговора. Просто потому, что даже для Безымянных адептов подобная история была невозможна.

Нет, голова, как и любая другая часть тела, разумеется, могли болеть, но по вполне вероятным причинам. И их было всего несколько: чужое проклятье, незажившая рана после боя, побочный эффект техники медитации."

"И если Эваалел мог и потеряться в догадках из-за чего именно у генерала, обладающего непомерной, для своего возраста, силой могла произойти такая вспышка, то вот Хаджар… он даже не тешил себя иллюзией того, что сможет понять в чем причина.

Голова у него болела почти всегда, просто раньше он придавал этому особого значения. Но чем дальше по пути развития, чем сильнее становился, тем все ярче вспыхивал пожар внутри черепной коробки.

И самое неприятное — Хаджар никак не мог понять, что именно происходило в те моменты, когда он терял сознание. Причем не от боли, потому что он испытывал и посильнее, а просто… потому что. Как если бы кто-то просто выключал у него в сознании свет, а сам Хаджар не имел над этим ровно никакого контроля.

Какое-то время генерал даже сетовал на своего узника внутри души, но если бы за этим действительно стоял Черный Генерал, то какой ему смысл устраивать подобные представления, если он мог попросту захватить тело Хаджара и уничтожить его душу.

— Вы здесь, генерал?

— Да, — немного заторможенно кивнул Хаджар. — Я вас внимательно слушаю.

Эваалел выгнул бровь в недоуменно, но ничего не сказал.

— Я рассказывал вам о том, что среди нас есть как минимум двадцать обладателей Закона, из которых десяти готовы к вознесению.

— Я помню.

— Нисколько не сомневаюсь, — глава Золотого Дома произнес это таким тоном, что вроде и соврал, но как-то без укора и упрека. Хаджар имел нюх на интриганов и… что удивительно, от Эваалела интриганом вообще не пахло. — И, поскольку только один бессмертный, раз в десять тысяч лет, получает право вознестись, то… о, вижу вы и об этом не осведомлены.

Хаджар покачал головой.