Шелест 2 (СИ)
Вот уже восемнадцать лет как я в этом странном мире пронизанном магией. Ну или Силой, как её называют аборигены. Впрочем, без разницы. Так уж вышло, что я младший и самый слабый ребёнок, с практически атрофированным даром. Он вроде и есть, и толку от него никакого. Потому я и планировал свою жизнь не беря его в расчёт. Но, как говорится, человек предполагает, а Бог располагает. Хм. Ну или единое информационное поле Земли, посредством которого я тут вроде как и оказался. Не важно. Главное, что я нашёл средство как усилить свой дар. И что, продолжать придерживаться изначального плана? Ага. Приходите завтра. Гулять, так гулять!
И учитывая то, как он вывел на совершенно иную высоту свою сестру, я уверена, что это только начало. Что-то мне подсказывает, что уже в будущем году, он вновь удивит нас своими успехами. Пётр Анисимович, с днём рожденья, и успехов во всех ваших начинаниях, — Мария отсалютовала мне бокалом с шампанским.
— Благодарю, ваше высочество. Мне теперь остаётся лишь соответствовать вашим пожеланиям, — поднявшись ответил я.
После чего все присутствующие с мелодичным перезвоном сдвинули бокалы, и выпили шампанское. М-да. Вообще-то я не отличаюсь общительностью и здесь пока ещё не бывало так много народу разом.
Не-не-не, мы с сестрой ни причём и когда отправляли Клима за Виктором и в мыслях не было сталкивать лбами его, Анну и Арину. Просто боярышня вспомнила о моём дне рождения и пришла поздравить. Её отношение ко мне ничуть не изменилось, как смотрела с высока, так и продолжает. Но при этом не собирается забывать кому обязана жизнью. Иного объяснения отчего она пришла без приглашения я не вижу. Ну и понятное дело я пригласил её к столу, а как иначе-то.
— Судари, вы слышали, татары вновь совершили большой набег. В этот раз на Киевское княжество. Сечевики бросились в погоню, но были опрокинуты оставленным заслоном. Когда же выдвинулись войска, воры слишком углубились в Дикое поле, и генерал Бутурлин не решился продолжать преследование. Более десяти тысяч уведённых в полон, — произнесла Астафьева, когда все взялись за вилки с ножами.
— Странно, об этом ни слова в газетах, — заметил Рощин.
— Ну, не обо всём можно говорить открыто.
— И это правильно. Не вижу смысла в том, чтобы будоражить подданных, — заметил Осипов.
— Разумеется, вам, Виктор Карпович, куда комфортней проживать в неведении, словно страус пряча голову в песок, — с усмешкой заметила Астафьева и продолжила. — Вот только от этого проблема не исчезает, а лишь усугубляется. Как по мне, то подданные Российской империи должны знать о сложностях на южных рубежах, сознавать опасность и объединиться для решения этого вопроса
— Мне казалось это проблема не подданных, а императора, имеющего для решения оной армию, — возразил Осипов.
— С армией не всё так просто, Виктор Карпович, — покачала головой Столбова. — У государя связаны руки. На севере шведы, на западе ливонцы, литовцы, поляки. Стоит ослабить свои позиции и сосредоточить усилия на юге, как можно получить войну на два фронта. К тому же, татары пользуются поддержкой турок.

















