Шелест 2 (СИ)

Я, видите ли, стою на страже интересов Российской империи, и пресекаю любые попытки посягательства на венценосную особу, членов его семьи и наследников престола. Одной из коих и является Мария Ивановна. Я ответил на ваш вопрос?

— Ответили.

— Тогда будьте любезны и ответьте на мой.

— Мне не нужна дружба её высочества, потому как от этого могут приключиться одни лишь проблемы, чего мне не хотелось бы категорически. У нас слишком разное положение и я могу лишь служить ей.

— Трезвый взгляд на вещи, что весьма странно для вашего возраста. Я был склонен увидеть юношескую горячность, самоуверенность и веру в светлую незамутнённую дружбу.

Однако вы меня приятно удивили.

— А вот теперь непонятно. Вы же сами сказали, что без экивоков.

— Так и будет. Итак, для начала вы поступаете на службу в Тайную канцелярию. И нет, отказаться не можете. Как и распространяться по этому поводу.

— Я учусь в университете.

— Одно другому не мешает. Поступаете на должность внештатного экспедитора с ежемесячным окладом в три рубля. Маловато, но и обязанностей у вас немного, а потому плата даже щедрая.

Итак, ваша первоочередная задача испортить отношения с великой княжной и заставить поверить всех, а в первую очередь её саму, в то, что у вас на неё большая обида.

— Я понимаю, что у неё за спиной шушукаются, а ухажёры даже ревнуют ко мне, но между нами… — начал было я.

— Я это прекрасно знаю, Пётр Анисимович, — отмахнулся Шешковский, — И ни в коей мере не считаю, что у вас с ней есть амурные дела, как уверен и в том, что она к вам не питает нежных чувств. Это нужно не ради отвращения вас друг от друга, а чтобы убедить тех кто желает ей смерти в том, что у вас на неё имеется зуб.

Вам это даже пойдёт на пользу. Тот, кто подсылал к вам убийцу теперь скорее всего откажется от намерения избавиться от вас, и решит использовать как запасной вариант против Марии Ивановны. Не факт, что он именно так и поступит, но шанс на это есть. И если на вас вдруг выйдут…

— Мы потянем за эту нитку, чтобы выйти на заказчика, — закончил я вместо него.

— Так и есть.

— Вы хотя бы представляете насколько мал шанс этого?

— Конечно понимаю.

— То есть, всё настолько плохо, что вы цепляетесь даже за такую возможность?

— Увы. И заметьте, мы готовы ещё и казённые деньги тратить.

— Тридцать шесть рублей в год?

— Сумма не имеет значения. Важен сам факт. Опять же, серебро отчётности требует.

— Ну что же, я согласен.

— Уж простите, Пётр Анисимович, но ваше мнение меня не интересует. Я сделал предложение от которого вы не имели шанса отказаться.

— И к чему тогда нужен был этот разговор? Вызвали бы к себе, и поставили перед фактом.