Шерстяная «сказка» (СИ)

Уверенна, это был страх спугнуть улыбку на лице Мариэль.

Сочувствие, что-то ещё, такое тёплое и трепетное, волной прокатились по душе. Андрэ на самом деле очень сильно хотел смягчить горестные переживания своей племянницы. Просто совершенно не имел опыта общения с детьми и не умел этого сделать.

Незаметно подошло время ужина, Мариэль увели в детскую. Барон, как положено доброму хозяину, по-прежнему был учтив и предупредителен со всеми. Но иногда я ловила на себе его особенный благодарный, с толикой восхищения взгляд. Что не ускользнуло от внимания проныры Ноэля. Этот юный злодей тут же напридумывал чего попало и тайком радостно слал мне самые лучезарные понимающие улыбочки.

Нет, ну каков фрукт!

Впрочем, кажется, не только Лапьер-младший увидел в простой человеческой признательности Андрэ что-то лишнее. Старшие дамы тоже потихоньку многозначительно переглядывались меж собой. Только, если от Кларисс веяло каким-то душевным материнским одобрением, то от каменного лица Рози, как обычно, фонило злостью и даже некоторой ревностью.

К чему? Да боже мой, ещё ничего «такого» совершенно не произошло. Куда они впереди паровоза бежали со своими торопливыми выводами - непонятно.

Сколько их, таких девчонок насмотрелась: проявит парень какое невинное дружеское участие, а она уже любовь возомнила.

И беда обоим.

Вон, брали бы пример с наших мужчин. Те ровным счётом ничего не замечали, оживлённо обсуждали свои излюбленные темы и были вполне довольны друг другом."

"Андрэ пригласил всех остаться в его доме до утра, и это предложение было принято с большим удовольствием. В общем, никто никуда не торопился. Представителям сильного пола подали более крепкие напитки, они удалились в бильярдную.

Ноэль ушёл с ними, чтобы получилось парное количество игроков. Дамам предложили на выбор совершенно волшебное вино или чай.

Рози с Кларисс устроились на диванчике в малой гостиной самозабвенно сплетничать. Я

взяла газету (свою свежую прессу мы сегодня просто не успели просмотреть) и ушла в холл, отыскав в нём уютный уголок.

Спустя, наверное, с полчаса где-то над головой, на третьем этаже раздались звуки… не то, чтобы ссоры… Ссорятся, обычно, как минимум двое, а тут какая-то односторонняя ругань.

Я

отложила чтение, встала и прислушалась.

- Это возмутительно! Немедленно отправляйтесь в кровать! А я немедленно иду к господину Андрэ доложить о вашем поведении! – раздался знакомый скрип воспитательницы

Мариэль, и вся она такая, соответственно, «немедленная» скатилась с лестницы и промчалась в сторону игровой комнаты для взрослых.

Меня она, кажется, даже не заметила. Я так и застыла с этой своей газеткой в руках, соображая, что предпринять. Минуты не прошло, как грымза вернулась в коридор уже с бароном.