Шиворот-навыворот

После этого оба мачо, особо не церемонясь, просто покидали противников в бассейн.

""Грек"" тут же отошел к блондинке, прижимавшей к себе малыша, присел на корточки рядом.

— Как ты, Лилечка? — Он нежно погладил ее по щеке. Потом повернулся к стоящей рядом с матерью девочке:

— Сильно испугалась?

Девочка замотала головой, хотя в больших карих глазах плескался страх.

На красавицу Лину он старался не смотреть, полностью ее игнорируя.

Она попыталась сама что-то сказать ему, ""грек"" обернулся к ""викингу"", который, попрощавшись с братками, подошел и сел на край стоявшего рядом шезлонга.

— Ну что, Герт, размялись маленько? — спросил он, ощупывая разбитую губу.

— Да, молодость вспомнили, а то я уже закисать стал. Откуда пацаны?

— Из Владика. Они о тебе слыхали…

— Вот видишь, о тебе знают даже во Владивостоке, — робко подала голос Лина.

Но он смерил ее взглядом, пресекающим любые попытки продолжить беседу:

— Я еще не решил, что с тобой делать, дорогая.

И, увидев удивленный взгляд жены, добавил:

— Твоя сестра слишком дорого мне обходится.

Тут подоспела охрана отеля, и начались разбирательства, кто виноват.

Мокрые бюргеры винили русских и требовали консула, видя в случившемся политическую подоплеку. ""Викинг"" и ""грек"" просто объяснили ситуацию и в разборках не участвовали. Возможно, они и не догадывались, что дело могло кончиться большим штрафом. Тогда Алисия подошла к начальнику охраны, изображающему из себя Пуаро, и решительно сказала:

— Я все видела. Виноваты эти парни.

И указала на своих соотечественников.

""Викинг"" посмотрел на нее с интересом. Что, собственно, и требовалось.

Он остался доволен увиденным.

Рыжие волосы до плеч, фигура, как гитара, зеленые лукавые глаза.

— Теперь мне придется охранять вас от этих молодчиков, — заверил он на безукоризненном немецком.

— Да, теперь это ваш долг, — улыбнулась она в ответ.

— А? — Алисия кивнула в сторону женщин. Она уже разобралась в родственных связях этой компании, но хотела уточнить.

— Это гарем моего друга, — заржал ""викинг"". — А я не женат.

— Меня зовут Виктор Пахомов, — поспешил представиться он.

— Алисия Верленмайер, — ответила она.

Дальнейший отдых превратился для Алисии в головокружительный волшебный роман.

С продолжением и дальнейшими обязательствами.

В феврале Виктор прилетел к ней в Мюнхен. И они провели неделю в любовном угаре. Ей он нравился все больше и больше. Самолюбию льстило, что он летает к ней, невзирая на часовые пояса и затраты."

"В следующий раз, когда он прилетел к ней через месяц, она чувствовала себя отвратительно. Ее тошнило даже от зубной пасты и собственного отражения в зеркале. Виктор посмотрел на нее внимательно и самолично отвез в клинику.