Шиворот-навыворот

— Мне уйти? — Стас обиженно вскинул голову.

— Ну, если у тебя нет ничего срочного, оставайся, — отмахнулся Бессараб.

— Пойду к себе. А давай вечером сгоняем партию, другую.

— Мне надоел биллиард. Оставайся или вали к себе. У меня еще много дел, Стас.

Станислав Николаевич Говоров покинул кабинет Ивана озадаченным и слегка обиженным. Что происходит, черт возьми?"

"Терентьев потрудился на славу, достал из-под земли историю болезни Светланы Иштвановны Цагерт, 1989 года рождения, обменную карту из женской консультации, стоявшей на учете по беременности и родам Цагерт Лилии Михайловны, а также копию уголовного дела, возбужденного против некоего Нестерова Владимира Георгиевича, признанного решением районного суда виновным в совершении убийства. Так же имелись старые фотографии, запечатлевшие бракосочетание Лилии Михайловны и Иштвана Модестовича, фотография маленькой Светочки в детском саду, три видеокассеты и целая папка свидетельских показаний, как выразился Терентьев.

— Спасибо, Геннадий Викторович. За выходные я все посмотрю, а в понедельник, если сочту нужным, пробежимся по деталям. А как вам удалось собрать столько информации? И что, люди вот так сидели и вспоминали, ничего не спрашивали?

— Почему, спрашивали. Легенда была такая, что местная киностудия собирается снимать фильм об известном земляке, и мы, внештатные сотрудники, собираем материал.

— Кто-то поверил?

— Нет, не все. — Терентьев позволил себе улыбнуться. — Зинаида Кондратьева выставила нас взашей, сказала, что мы — проходимцы и наживаемся на чужой беде. И она нам в этом не помощник.

— Так и сказала? — усмехнулся Иван. А про себя подумал с досадой: ""Почему тогда я не поговорил с Зиной?""

Зина Кондратьева услышала в трубке знакомый голос и заголосила:

— Лиля. Лилечка. Как ты там? Как Светочка? Мы совсем не поговорили, когда ты здесь была.

— Зина. Прекрати. Я звоню с переговорного пункта, очень мало времени. Мы завтра приедем, сними нам квартиру где-нибудь в центре. Любую квартиру, только быстро.

— Лиля. Зачем тебе чужая квартира? У тебя же есть своя, в крайнем случае, ты можешь остановиться у меня.

— Зина. Ни о чем не спрашивай, сделай, как я прошу, — Лиля чувствовала, что начинает закипать. Но шумная Зинка всегда отличалась излишней суетливостью.

— Лиля, тут тобой на прошлой неделе интересовались, приходил какой-то парень, говорит, фильм про Иштвана снимать собираются, вопросы дурацкие задавал.

— Зина, это журналисты. Не обращай внимания. Это уже неважно.

— А что важно? Ты скажи…

— Ты там же работаешь? — перебила Лиля.

— Ну да. Где же еще? У меня…

— Мы приедем сразу к тебе на работу. По дороге я тебе позвоню. Все. Целую, жди нас.

— Я тебя тоже, Светочку поцелуй.

Разговор закончился.