Шумерский лугаль

Третью часть досталась мне. Я взял все алмазы, корунды, бериллы, а остальное — золотом, льняными тканями пурпурного цвета и статуэтками из поделочных камней, которые так нравятся Иннашагги и Итхи, и красивым доспехом с позолоченными бронзовыми овальными пластинами с барельефами в виде львиных голов. Пластины слегка перекрывали друг друга, напоминая рыбью чешую. Так понимаю, это один из первых чешуйчатых доспехов, которые станут очень популярны в будущем у состоятельных воинов. Впрочем, воин бывает бедным только до первой серьезной победы его армии. Оставшиеся шестьдесят процентов добычи были поделены между воинами моей армии, согласно их званию. В том числе получили, как старшие командиры, и Энтена, Игмиль и Эрибам. Судя по довольному выражению лиц последних двух, это была самая богатая добыча в их жизни. Энтене пока что не с чем сравнивать, поэтому просто обрадовался. Охочим людям я отстегнул от щедрот своих только выбеленные шерстяные ткани: командирам отряда по рулону, простым солдатам — один на троих.

— Надо было самим захватывать город, а не ждать моего прихода, — сказал я им и в утешение проинформировал: — Энси Эшнунны будет пополнять армию. Зачисленный получит участок земли. Так что у кое-кого из вас есть шанс стать богаче. Дерзайте!

Это я посоветовал Игмилю пополнить свое войско охочими людьми. Во-первых, поход по своей воле идут пассионарии, которые более стойкие солдаты. Во-вторых, они разбавят местных, уменьшат возможность бунта. В моей армии шумеры постоянно конфликтуют с эламитами, поэтому я не боюсь, что сговорятся и выступят против меня, если им что-нибудь не понравится. В-третьих, это обычно холостяки, так что женятся на местных женщинах, вольют свежую кровь, потомство будет лучше. Эшнуннцам пригодятся сильные воины, потому что гутии лет через десять восстановят численность своего войска и опять полезут к богатым соседям за добычей. Только сильный достоин быть богатым.

67

Какими бы грязными не были твои руки, священники все равно возьмут из них подношения и придумают убедительную отговорку, почему торгуют совестью и принципами. Религия для того и создана, чтобы превращать красивые призывы к другим в красивые вещи для себя. Не согрешишь — не покаешься, не покаешься — не взнесешь. То есть, чем больше грешат миряне, тем толще морды у священников. Я помню, как православные попы обожали, когда братва, прожженные бандиты и убийцы, дарила им колокола для церквей и деньги на строительство новых. А как не взять у покаявшихся на пару часов грешников?! Жрецы Ниппура тоже без колебаний забрали привезенное мной, хотя уже знали, что это всё захвачено в храмах Эшнунны. Дешевое трофейное оружие и доспехи гутиев я не стал предлагать, хотя не сомневался, что, поморщившись, и их заберут.