Синдром бесконечной радости

Он пробрался в дом охраны и на цыпочках пошел по коридору к своей комнате.

Зотов приехал в Листвяково поздно ночью, бросил арендованную машину подальше от глаз, загнав ее в кусты и проверив, что с дороги не будет видно, и направился в поселок пешком, здраво рассудив, что так ему будет легче пробраться туда, не привлекая особого внимания.

На карте он видел обозначенный шлагбаум и решил, что он явно не простаивает в одиночестве, возле него наверняка люди, поэтому решил, что подойдет к поселку с другой стороны.

Правда, там оказался забор, но зато не было охраны, и Валерий, перебравшись и отдышавшись в кустах, смог оглядеться. В темноте это оказалось довольно сложно, освещение в поселке по ночам было слабым, и Валерию пришлось идти почти на ощупь.

Он крался вдоль улицы, прижимаясь к заборам, как вор, и надеялся, что тут нет каких-нибудь патрулей. Его надежды не оправдались – он едва не столкнулся с двумя мужчинами, медленно ходившими возле больших бараков.

Зотов едва успел бесшумно опуститься на землю и залечь в кустах сирени, уповая на то, что его камуфляжный костюм сольется в темноте с деревьями и травой.

Патруль прошел мимо, они ни о чем между собой не разговаривали, только шаги слышались и дыхание.

Валерий, дождавшись, когда они свернут за угол, быстро метнулся на параллельную улицу, чувствуя себя партизаном в тылу врага.

С собой у него имелся спутниковый телефон – Сагитов снабдил, подозревая, что сигнал обычного мобильного там, скорее всего, либо вообще отсутствует, либо глушится.

Валерий четко представлял свою задачу, но совершенно не представлял путей ее реализации. Они с Тимуром так и не смогли продумать, как и что делать, и Сагитов даже пытался отговорить его от поездки, но, уязвленный подозрениями, Валерий не мог сделать этого. Он хотел привезти Дарину домой – и не важно, как и что придется делать.

Ему больше не верила любимая женщина, разве может быть что-то хуже? Впервые в жизни он к кому-то проникся, немного оттаял – и вдруг эти чувства подорваны недоверием. Такого самолюбивый Зотов допустить не мог.

И сейчас, петляя по-заячьи по улицам и переулкам этого Города Радости, Валерий вдруг понял, что будет делать. Сейчас он найдет дом Прозревшей и незатейливо захватит ее в заложники, потребует вернуть Дарину и Тину с Кущиным, доберется, прикрываясь Прозревшей, до машины и уедет в город, а там уже решит, отпустить эту мошенницу или просто сдать в полицию.

План выглядел глупо, Валерий понимал это и сам, но такие лобовые, глупые вещи зачастую срабатывают именно так, как надо.

«Наглость, как известно, второе счастье, – думал Валерий, перебираясь через забор усадьбы. – И это всегда выручает».