Синдром бесконечной радости

«Все, Аня, хватит! Держи себя в руках и не порти вечер ни себе, ни Валерию, который вообще тут ни при чем. Свои мозговые загоны оставь при себе».

Она сменила туфли на сапоги, взяла из шкафа тонкое белое пальто, набросила его, не застегивая, и вышла из кабинета.

В приемной было уже пусто – Надежда убежала домой пораньше, потому Анна заперла свой кабинет, повесила ключ в полку и покинула приемную.

В управлении было уже пусто – позже Анны здесь не задерживался никто, она почти всегда уходила последней, и теперь, под гулкий стук каблуков в пустом длинном коридоре, она чувствовала себя особенно неуютно.

Множество дверей по обеим сторонам, полумрак и этот пугающий звук собственных шагов…

Зотов ждал ее за воротами комбината, стоял у машины, опираясь на капот, и поигрывал черными очками.

Анна увидела его чуть раньше, чем он повернулся, и потому пару секунд полюбовалась красивым профилем, в который уже раз подумав, что такой мужчина обратил свое внимание на нее, а не выбрал стандартно красивую девушку-модель.

Ей почему-то никогда не приходила в голову мысль, что интерес Зотова к ней мог быть меркантильным, она отлично знала, что доходы Валерия от доли на комбинате лишь немного уступают тому, что имела сейчас она. Да и вообще к деньгам Валерий относился без особого пиетета: есть они – ну, и хорошо.

Анна знала, что вырос Валерий в неблагополучной семье, как, собственно, и она сама, и это тоже в какой-то мере их объединяло. Они оба знали, что такое пробиваться с самых низов, а не родиться с золотой ложкой в руке."

"Тот же Владлен был из семьи дипломата, получил самое лучшее образование, и для этого ему не пришлось напрягаться настолько, как вынуждены были делать это Анна и Валерий.

Правда, Мецлер был воспитан так, что никогда не позволял себе ничего лишнего ни в словах, ни в поступках, потому у окружающих умудрялся не вызывать открытой злобы или зависти, хотя, безусловно, завистники и недоброжелатели у него имелись, что немудрено для человека его круга и положения.

Зотов, повернувшись, увидел Анну, уже вышедшую из ворот, и, оттолкнувшись от машины, двинулся навстречу.

У нее вдруг забилось сердце в предвкушении, в груди сладко заныло, и в тот же миг Валерий подхватил ее на руки, совершенно не думая о том, что их могут увидеть:

– Наконец-то! Я уж решил, что ты заночуешь в кабинете.

– Валера, отпусти…

Но он донес ее до машины, открыл дверцу и усадил на переднее сиденье.

В салоне машины пахло цветами, Анна обернулась и увидела сзади большой букет роз – Валерий никогда не забывал привезти ей цветы, хотя Анна была к ним равнодушна.

Он сел за руль, завел двигатель:

– Мы сразу поедем ко мне, я приготовил ужин, так что стоит поторопиться, чтобы все не остыло окончательно.

Кулинария была второй страстью Зотова после часов.