Скажи пчелам, что меня больше нет

По мере наполнения желудков снова потекла неспешная беседа. Наконец Джон Куинси с удовлетворенным сытым вздохом отодвинул пустую оловянную тарелку и благодушно оглядел собравшихся.

— Миссис Фрэзер, миссис Маккензи, миссис Мюррей, миссис Хиггинс… вы сегодня постарались на славу! В последний раз я так наедался в Рождество.

— Спасибо на добром слове, — ответила я за всех. — А я с самого Рождества не видела, чтобы кто-то ел с таким аппетитом.

За спиной послышалось сдавленное хихиканье, но я решила не обращать внимания.

— Пока в нашем доме есть хоть корка хлеба, мы всегда накормим тебя, приятель, — сказал Джейми.

 — И напоим! — прибавил он, доставая из-под скамьи полную бутылку чего-то явно алкогольного.

— Не откажусь, мистер Фрэзер. — Джон Куинси тихонько рыгнул и одарил Джейми сияющей улыбкой. — Ведь не могу же я обидеть дорогих хозяев отказом?

Десять взрослых. Я быстро прикинула, хватит ли на всех емкостей для питья, и принесла четыре чайных кружки, два рожка, три оловянных чашки и один бокал для вина, гордо выставив их на стол перед Джейми.

Пока я занималась поисками посуды, Джон Куинси «открыл бал», выудив из недр потрепанного жилета несколько писем.

Задумчиво прищурился и передал одно из них через стол Джейми.

— Это вам, — кивнул он на конверт. — А это — капитану Каннингему. Я его не знаю, но тут написано «Фрэзер-Ридж». Один из ваших арендаторов?

— Да. Я ему передам. — Джейми протянул руку и взял оба конверта.

— Благодарю покорно. Ну а это адресовано мисс Фрэнсис Покок. — Майерс помахал письмом, ища глазами получателя.

— Фанни! — крикнула Мэнди. — Тебе письмо!

Раскрасневшись от возбуждения, малышка стояла на скамье рядом с Роджером, который придерживал ее за талию.

Все стали оглядываться на Фанни, с любопытством перешептываясь.

Фанни, сидевшая в уголке на бочонке с соленой рыбой, медленно встала и смущенно подняла глаза. Джейми сделал ей знак подойти, и она нехотя послушалась.

— Так это вы мисс Фрэнсис? Какая славная девчушка! — Джон Куинси слез со скамьи и, отвесив низкий церемонный поклон, сунул конверт в ее покорную руку.

Она прижала письмо к груди. В огромных глазах застыла паника, словно у испуганной лошади, готовой пуститься вскачь.

— Ты что, ни разу не получала писем? — удивился Джем.

 — Открой и посмотри, от кого оно.

Фанни уставилась на Джема, а затем перевела взгляд на меня, ища поддержки. Я отложила масло в сторону и подозвала девочку. Та бережно положила письмо на стол, словно оно было очень хрупким.

Письмо представляло собой сложенный втрое лист грубой бумаги, скрепленный желтовато-серой печатью из свечного воска — жир пропитал бумагу, и некоторые слова просвечивали. Я аккуратно взяла его и перевернула.

— Оно точно адресовано тебе.