Скажи пчелам, что меня больше нет

— О чем он пишет?

— По большей части о том, где находится и чем занимается: пока — ничем особенным. Торчит без дела в Филадельфии. Хотя там есть кое-что о генерале Арнольде. Джошуа говорит, что тот женился на Пегги Шиппен — полагаю, ее ты точно помнишь, — и что его привлекли к суду за спекуляции. Арнольда, не мистера Гринхау.

— Какого рода спекуляции? — спросила я, складывая письмо. Я и правда помнила Пегги, очаровательную восемнадцатилетнюю девушку. Понимая, какое действие оказывает на мужчин ее красота, она отчаянно флиртовала с тридцативосьмилетним генералом в надежде поймать того на крючок.

 — Понятно, почему генерал Арнольд хотел жениться на Пегги, но вот как ей взбрело в голову выйти за него?

Спору нет, Бенедикт Арнольд отличался редкой харизмой и животным магнетизмом. А еще хромал на одну ногу и — насколько мне известно — не имел ни собственности, ни денег.

Джейми посмотрел на меня как на неразумное дитя.

— Как-никак он военный губернатор Филадельфии. Ее семья поддерживает тори. Ты ведь помнишь, что сделали Сыны Свободы с кузеном Пегги? Возможно, она боялась, что они вернутся за ней и спалят отцовский дом.

— Наверное, ты прав. — Свежий ночной ветерок начал пробирать через влажную сорочку, и я поежилась от холода. — Подай мне, пожалуйста, шаль.

— Что касается спекуляций Арнольда… — Джейми заботливо укутал мои плечи. — Это может быть все, что угодно. Он весь город распродал бы по кирпичику, окажись цена подходящей.

Я кивнула, вглядываясь в ночь, накрывшую нас своим бархатным покрывалом. На мгновение темноту пронзил сноп искр, вырвавшихся из печной трубы на другом конце дома. Они постепенно гасли во мгле, не долетая до земли.

— Бенедикта Арнольда не остановишь, — тихо сказала я.

 — Даже появись он сейчас передо мной — я и тогда ничего не смогла бы поделать. Ведь так? — Я вопросительно посмотрела на мужа.

— Так, — ответил он вполголоса и взял меня за руку. Его ладонь была большой и сильной, но такой же холодной, как моя. — Пойдем в постель, саксоночка. Я тебя согрею, а потом мы вместе полюбуемся луной.

* * *Некоторое время спустя мы лежали в обнимку, согревая друг друга теплом своих тел, обнаженные и счастливые, несмотря на прохладу ночи. Серебряный серп месяца опускался в западной части небосвода, позволяя звездам засиять еще ярче.

Над головой шуршала парусиновая крыша, воздух был наполнен запахами растущих вокруг дома елей, дубов и кипарисов. Одинокий светлячок, сбитый с курса порывом ветра, приземлился на подушку рядом с моей головой, мерцая бледно-зеленым брюшком.

— Oidhche mhath, a charaid[58], — сказал ему Джейми. Светлячок дружелюбно пошевелил усиками и, кружась, улетел к своим собратьям.

— Жаль, мы не можем оставить спальню как есть, — вздохнула я, глядя на исчезающий во мраке огонек.