Скажи пчелам, что меня больше нет

Что, если это не настоящее имя, а…

— Псевдоним? — подсказала я. — Меня бы это не удивило. Кстати, разве «по» не означает на французском «ночной горшок»?

— Pot de chambre? — удивленно произнес он. — Ну конечно.

— Ну конечно… — пробормотала я. — Допустим, Покок — вымышленная фамилия. Думаешь, Фанни… Фрэнсис знает настоящую?

Джейми озадаченно покачал головой.

— Не хочу донимать малышку расспросами. Она больше не упоминала о том, что случилось с ее родителями?

— Нет. По крайней мере, мне. А даже если рассказала бы кому-нибудь другому, нам бы сразу передали.

— Может, просто забыла?

— Скорее не хочет вспоминать.

Он кивнул, и некоторое время мы брели молча, наслаждаясь безмятежностью осеннего леса. Сквозь шелест каштановых деревьев, словно крики далеких птиц, доносились детские голоса.

— Между прочим, — прибавил Джейми, — Уильям тоже звал ее Фрэнсис. Когда передавал мне.

* * *Мы шли не спеша, останавливаясь через каждые несколько шагов, когда мне попадалось что-нибудь съедобное, целебное или удивительное.

— Ого! — восхищенно воскликнула я, бросившись к кроваво-красному наросту у подножия дерева.

 — Ты только посмотри!

— Похоже на кусок сырой оленьей печени, — сказал Джейми, заглядывая мне через плечо. — Но я не чувствую запаха крови. Видимо, перед нами один из твоих «древесных грибов»?

— Угадал! Это fistulina hepatica[73], — сказала я, доставая нож. — Подержи-ка, пожалуйста.

Покорно вздохнув, он взял у меня корзину и терпеливо ждал, пока я срежу мясистые ломти — под опавшими листьями обнаружилась целая россыпь грибов, напоминающих багряные кувшинки. Я не стала срезать самые маленькие — пускай подрастут, — но и без них набрала около двух фунтов лесных деликатесов.

Уложила их в корзину между слоями влажных листьев, а затем отломила маленький кусочек и с улыбкой протянула Джейми.

— Откусишь с одной стороны — подрастешь, откусишь с другой — уменьшишься.

— Что?"

"— Так говорила Гусеница из «Алисы в Стране чудес». Потом расскажу. Я слышала, по вкусу они напоминают сырую говядину.

— Что еще за гусеница? — пробормотал Джейми себе под нос, внимательно рассматривая гриб. Убедившись, что никаких следов насекомых не наблюдается, сунул его в рот и принялся сосредоточенно жевать с закрытыми глазами.

Затем наконец проглотил.

— Разве что очень старую говядину, которая слишком долго вялилась, — вынес он вердикт. — Признаться, это вполне съедобно.

— Спасибо за столь высокую оценку сырых грибов, — польщенно сказала я. — Вот бы приготовить к ним соус tartare, да жаль анчоусов под рукой нет.

— Анчоусы… — мечтательно произнес Джейми и облизнулся. — Сто лет их не ел. Когда в следующий раз поеду в Уилмингтон, постараюсь раздобыть.

Я удивленно посмотрела на мужа.