Скажи пчелам, что меня больше нет

Роджер не собирался лгать Каннингему, но ничто не мешало озвучить альтернативную правду.

— Как я уже сказал, более половины здешних поселенцев — католики. И хотя за неимением лучшего они придут послушать меня, уверен, они бы с удовольствием послушали вас. Учитывая некоторое свободомыслие в моей семье, — он пренебрежительно дернул плечом, — думаю, людям будет полезно услышать разные точки зрения.

— Так и есть, — раздался позади тихий веселый голос. — В том числе и голос Христа, говорящий в их сердцах.

Каннингем снова уронил уголек.

— Миссис Мюррей, — сказал он с поклоном.

 — К вашим услугам, мэм!

При взгляде на Рэйчел Мюррей у Роджера всегда становилось легче на душе, а завидев ее здесь и сейчас, он захотел рассмеяться.

— Привет, Рэйчел, — поздоровался он. — Где твой малыш?

— С Брианной и Дженни. Аманда пытается научить его слову «кака», под которым, насколько я понимаю, она имеет в виду экскременты.

— Ну, вряд ли у нее выйдет научить его слову «экскременты».

— Точно. — Рэйчел улыбнулась ему, потом Каннингему. — Брианна сказала, ты здесь с капитаном улаживаешь дела насчет нового молельного дома, поэтому я решила, что мне стоит присоединиться к разговору.

На ней было светло-серое ситцевое платье и темно-синий фишю[80]. Подобное сочетание придавало ее глазам темно-зеленый оттенок."

"Каннингем, хотя и вел себя галантно, выглядел несколько смущенным. В отличие от Роджера, который, правда, тоже удивился.

— То есть ты хочешь воспользоваться часовней? Для… гм… собраний?

— Разумеется.

— Подождите… Вы имеете в виду собрания квакеров? — Капитан нахмурился. — Сколько квакеров в настоящее время живет в Ридже?

— Всего один, насколько мне известно, — сказала Рэйчел.

 — Хотя полагаю, Огги тоже считается. Значит, два. Но у Друзей нет понятия кворума, и ни один Друг не станет возражать против гостей на рядовом собрании. Йен и Дженни — я говорю о своем муже и его матери, капитан, — наверняка присоединятся, да и Клэр с Джейми придут. Естественно, Роджер с Брианной приглашены, и ты тоже, Друг Каннингем, со своей матушкой.

Она одарила капитана улыбкой, и он невольно ответил тем же, потом смущенно кашлянул и сильно покраснел.

Решив, что Каннингему поплохело от подобного церковного единения, Роджер вмешался:

— Когда бы ты хотела проводить собрания, Рэйчел?

— В Первый день. То есть в воскресенье, — пояснила она Каннингему. — Мы не используем языческие названия. Время суток не имеет значения. Мы не станем возражать против любых договоренностей, к которым вы пришли.

— Языческие? — ужаснулся Каннингем. — По-вашему, «воскресенье» — языческий термин?

— Ну, разумеется, — уверенно заявила Рэйчел.