Скажи пчелам, что меня больше нет

— Голубого света? — Брианна последовала за ним, торопливо поправляя широкополую соломенную шляпу, аккуратно надетую поверх чепца. Не дай бог жене проповедника опростоволоситься перед верующими…

Не успел Роджер поставить ногу на крыльцо, как дверь распахнулась, и теперь на них не слишком приветливо взирал невысокий, плохо выбритый человек с мохнатыми седыми бровями. Он был опрятно одет в серые домотканые бриджи и жилет, а льняная рубашка, хотя и слегка пожелтевшая от времени, была свежевыглаженной.

— Доброго вам дня, сэр. — Роджер поклонился, а Брианна коротко почтительно присела.

 — Меня зовут Роджер Маккензи, это моя супруга Брианна. Мы недавно приехали в Ридж и…

— Я слышал. — Мужчина окинул их прищуренным взглядом. Очевидно, они прошли проверку, потому что он отступил на шаг и жестом пригласил их внутрь. — Я капитан Чарльз Каннингем, отставной офицер флота Его Величества. Входите.

Ощутив глубокий вздох мужа, Брианна улыбнулась капитану Каннингему. Тот моргнул и быстро перевел взгляд на Роджера — узнать, одобряет ли он подобное поведение.

— Спасибо, капитан, — сказала Бри со всей возможной приветливостью и шагнула мимо Роджера через порог. — У вас замечательный дом, такой красивый!

— Я… что ж… — взволнованно начал Каннингем.

Однако не успел он собраться с мыслями, как перед очагом явилась темная фигура. Теперь уже Брианна моргнула от неожиданности.

— Проповедник, значит? — не обращая внимания на Бри, спросила женщина.

Ибо это, несомненно, была женщина, не уступающая ростом Брианне и одетая во все черное, если не считать белого накрахмаленного чепца, очень строгого и закрывающего уши.

Возраст ее с трудом поддавался определению; угловатое лицо и проницательные глаза тут же навели Брианну на мысли о волчице, вскормившей Ромула и Рема.

— Я священник. — Роджер отвесил низкий поклон. — К вашим услугам, мэм.

— Ммхм. Какого рода священник, сэр? — спросила женщина.

— Пресвитерианин, мэм, — ответил Роджер, — но…

— Ты тоже? — Женщина пытливо уставилась на Брианну проницательными голубыми глазами. — Разделяешь убеждения мужа?"

"— Я католичка, — как можно мягче сказала Бри.

Подобный вопрос ей задавали не в первый и не в последний раз, поэтому они заранее подготовили на него ответ. — Как и мой отец, Джейми Фрэзер.

Это обычно ставило вопрошающего в тупик и давало Роджеру время овладеть ситуацией. Из уважения к отцу Брианны (будь то в силу личной приязни или же его статуса лендлорда) арендаторам-некатоликам приходилось проявлять вежливость в разговорах, невзирая на мнение о католиках в целом.