Скромница для злодея

– В таком случае вы не настолько изобретательны, как я думал. Разве не вы всего два дня назад объявили всем собравшимся, что еще не закончили со мной?

– Вообще-то нет. Я объявила, что еще не закончила с Ковент-Гарденом, а это совсем разные вещи.

– Нет, потому что Ковент-Гарден принадлежит мне.

Девушка отвернулась от него и пошла дальше по дорожке вдоль живой изгороди.

– Очень сожалею, что я вынуждена лишить вас иллюзий относительно вашей напыщенной особы, сэр, но вы не занимали все мои мысли; я хотела только сообщить вам, что готова вернуть долг.

Он застыл. Это ему совсем не понравилось.

– Ваш долг.

– Верно, – бросила она ему через плечо. – Подумала, вы будете рады узнать, что ваши уроки подействовали.

Из всего, что она могла бы сказать, именно это окончательно выбило Дьявола из колеи.

– Какие уроки?

– Разумеется, ваши уроки страсти. Герцог пришел сюда сегодня утром обсудить условия нашего брака, и я взяла дело в свои руки.

Он крепче стиснул набалдашник трости. Инстинкт требовал, чтобы он вытащил клинок и всадил его в глотку ублюдка-братца.

– Какое дело?

Фелисити повернулась, продолжая идти, и теперь пятилась. Ее щеки пылали. Девушка широко раскинула руки.

– Разумеется, поцелуи. – А затем, словно просто отпустила замечание насчет погоды, повернулась обратно и продолжила издалека: – Разве Брикстон об этом не доложил?

Дьявол дважды ударил тростью по ладони. В нем зашевелилась тревога. Конечно, Брикстон сообщил, что Эван ее поцеловал. Но когда Дьявол потребовал подробностей, мальчик сказал, что поцелуй был коротким и формальным – ничуть не похожим на то, что произошло с ними в ледовом хранилище два дня назад.

В том, как они с Фелисити слились воедино, не было ничего формального.

Так что же случилось после того, как Эван прогнал мальчика? Перчаток на ней не было. Они прикасались друг к другу? Кожа к коже? Неужели он целовал ее страстно?

Боже праведный. Неужели она его целовала?

Невозможно. И все-таки…

«Я взяла дело в свои руки».

Дьявол пошел за ней, завернул за угол и увидел, что она направляется к огромной изогнутой каменной скамье длиной не меньше двадцати футов.

– Вы его целовали.

– Не нужно делать вид, что вы шокированы. Разве не в этом была цель ваших уроков?

Нет. Может, их поцелуй и начался как урок, но закончился он чувственным возбуждением – совершенным, необузданным наслаждением. И Дьявол отказывался верить, что она испытала хотя бы отголосок этого наслаждения с Эваном.

Наслаждением, хотя бы отголосок которого сам он вряд ли испытает когда-нибудь с другой женщиной.

Но ничего этого он вслух не сказал, а только спросил:

– И? Результат вас удовлетворил?

Она уселась, расправила юбки и взяла лежавшие на скамье пяльцы с вышиванием.

– Вполне.