Скромница для злодея

А это значит, что у Эвана нет другого выбора, кроме как обручиться с ней.

Эван настойчиво продолжил:

– Похоже, ее семья отчаянно хочет заполучить герцога – так отчаянно, что сегодня вечером леди сама объявила о помолвке. А насколько мне известно, мы с ней даже не знакомы. Она, разумеется, весьма недалекая дурочка, но мне все равно. Наследники – это наследники.

Она вовсе не дурочка. Она обворожительна. Остроумна, любопытна, и чувствует себя в темноте куда уютнее, чем он мог себе представить. К тому же на ее улыбку любой мужчина обратит внимание.

Как жаль, что придется ее обесчестить.

– Я найду семью девушки и предложу им состояние и титул – все, что угодно. Все, что потребуется. Оглашение состоится в воскресенье, – Марвик говорил так спокойно, словно они обсуждали погоду, – и мы поженимся в течение месяца. А там и до наследников недалеко.

«Никто никогда не возвращается. Во всяком случае, без брака на вечные времена».

Сказанные Фелисити слова эхом прозвучали в голове Дьявола. Эта девушка придет в восторг от того, как повернулись события. Брак с Марвиком даст ей все то, чего она так хочет. Возвращение героини в общество.

Да только она не вернется.

Потому что Дьявол этого не допустит, красивая у нее улыбка или нет. Хотя улыбка, конечно, может подсластить ее крах.

Дьявол нахмурил брови.

– Ты получишь наследников от Фелисити Фэрклот только через мой гниющий труп.

– Думаешь, она предпочтет Ковент-Гарден Мейфэру?

«Я хочу вернуться».

Мейфэр представляет собой все, чего хочет Фелисити Фэрклот. Ему просто придется показать ей, что можно желать еще. А пока он метнул свой самый острый нож:

– Думаю, она не первая женщина, которая скорее предпочтет пойти на риск со мной, чем провести всю жизнь с тобой, Эван."

"Нож попал в цель.

Герцог отвернулся, снова уставившись в окно.

– Убирайся.

Глава четвертая

Фелисити проплыла сквозь открытую дверь фамильного особняка, не обращая внимания на то, что брат следует за ней буквально по пятам. Она остановилась и вымученно улыбнулась дворецкому, все еще придерживающему дверь.

– Добрый вечер, Ирвинг.

– Добрый вечер, миледи, – нараспев отозвался дворецкий, закрыв дверь за Артуром и потянувшись к перчаткам графа. – Милорд.

Артур покачал головой.

– Я не надолго, Ирвинг. Я зашел только поговорить с сестрой.

Фелисити повернулась и наткнулась на взгляд карих глаз, точно таких же, как и ее собственные.

– Значит, теперь ты хочешь поговорить? Домой мы ехали в полном молчании.

– Я бы не назвал это молчанием.

– О, нет?

– Нет. Я бы назвал это потерей дара речи.

Она фыркнула, стягивая перчатки.