Скромница для злодея

– Вам не следует появляться в Ковент-Гардене.

– Почему?

– Потому, Фелисити Фэрклот, что вы собираетесь выйти замуж за герцога и занять принадлежащее вам по праву место жемчужины светского общества, а если какой-нибудь стареющий аристократ увидит вас тут, этого никогда не случится."

"Он был прав, но, как ни странно, всю дорогу сюда она даже не вспоминала о светском обществе. Была слишком взволнована предстоящим свиданием.

– Никто меня не видел.

– Я уверен, это вовсе не потому, что вы выделяетесь тут как маргаритка в грязи.

Теперь взлетели вверх ее брови.

– Маргаритка в грязи?

Он сжал губы.

– Это фигура речи.

Она склонила голову набок.

– Правда?

Он сделал глоток.

– Ковент-Гарден не для вас, Фелисити Фэрклот.

– Да почему?

Неужели он знает, что этот запрет вызывает в ней желание исследовать каждый закоулок этих мест?

Он долго смотрел на нее непроницаемым взглядом темных глаз, затем коротко кивнул, повернулся и пошел в дальний угол комнаты, где потянул за шнур. Возможно, он действительно знает.

– Совсем не обязательно звать кого-то, чтобы выпроводили меня отсюда, – сказала Фелисити. – Я же нашла дорогу…

– Это мне давно понятно, миледи. И я не хочу, чтобы вас кто-нибудь выпроваживал. Не могу рисковать, чтобы вас увидели.

Он ужасно раздражал, этот мужчина, и терпение Фелисити истощалось.

– Боитесь, что я погублю вас, как и вашу сестру?

– Это вполне вероятно. А у вас нет… не знаю даже… камеристки, или компаньонки, или кого-нибудь в этом роде?

Вопрос привел ее в замешательство.

– Я старая дева двадцати семи лет. Мало кто обратит внимание на то, что я путешествую без компаньонки.

– Я уверен, что ваш брат, ваш отец и множество щеголей из Мейфэра еще как обратят внимание на то, что вы без компаньонки явились в мою контору.

Фелисити обдумала это.

– Вы думаете, наличие компаньонки сделало бы мое пребывание здесь более приемлемым?

Он нахмурился.

– Нет.

– Вы считаете меня более опасной, чем я есть на самом деле.

– Я считаю вас настолько опасной, насколько вы есть.

Его слова, произнесенные так прямолинейно, заставили ее замолчать, при этом Фелисити ощутила, как в ней зарождается какое-то странное чувство.

Что-то, подозрительно похожее на власть. На могущество. Она резко втянула в себя воздух, и он смерил ее взглядом.

– Ничего волнующего в этом тоже нет, Фелисити Фэрклот.

Мысленно она с ним не согласилась, но решила, что лучше не говорить об этом вслух.

– Почему вы так упорно называете меня по имени и фамилии?

– Это напоминает мне о том, что вы – принцесса из сказки. Прекраснейшее покрывало. Право же, самое прекрасное из всех.

Его ложь уязвила, Фелисити тотчас же разозлилась на себя за то, что позволила себя этим зацепить – сильнее, чем разозлилась на него за откровенное вранье.