Безрассудный (ЛП)

Она любила меня, но недостаточно, чтобы оставить его. Мы растопчем Денни… И ради чего? Ради призрачных фантазий. Я не хочу этого и знаю, что Кира тоже не хочет.

— Ступай… Все будет хорошо.

Я нежно поцеловал Киру, а после наклонился чтобы открыть дверь.

— Я люблю тебя, — прошептал я, когда она вышла. Навсегда."

"Передвинувшись на сторону Киры, я наклонился, чтобы она могла поцеловать меня. Это был последний, краткий момент нашей связи, и я ощутил, как дрожат ее губы. Отстранившись, я заметил слезы на ее щеках. Это будет трудно для нас обоих.

Заведя мотор, я выехал с дорожки и, клянусь, часть меня оторвалась и исчезла, когда я оставил Киру позади.

Не чувствуя абсолютно ничего внутри, я ехал к Эвану. Он единственный, кто знает, каково мне сейчас, единственный, кто может мне помочь. Припарковав машину, взглянул на его тихое жилище и на мгновение позавидовал Эвану. И Мэтту, и Гриффину тоже. Со стороны их жизни казались такими простыми и беззаботными. Хотя я знаю, что это не так, у каждого свои заморочки. Если моя жизнь и научила меня чему-то, так это тому, что никто не живет так просто, как кажется на первый взгляд.

У всех свои проблемы. Это то, что объединяет всех людей: боль и любовь.

Чтобы Эван услышал меня, я несколько раз сильно постучал в дверь. Было раннее утро и, наверное, стоило дать ему время проснуться, но он мне нужен. Я не хочу оставаться один.

Через пару минут я услышал, как дверь отпирается. Секунду спустя в проеме появилось заспанное лицо Эвана.

— Келл? Что ты здесь делаешь?

— Мне нужна твоя помощь. Кира и я… — я опустил глаза в пол. Как, черт возьми, я собирался сказать, что прощаюсь с ней? — У нас… ничего не получится.

Я хочу подарить ей кое-что, пока всё не закончилось. Я хочу написать для нее песню.

Эван толкнул дверь и отошел, чтобы я мог войти.

— Все, что угодно, Келл.

Знаю, Эван не в восторге от нашего союза, но я оценил, что он ставит нашу дружбу выше своих нравственных принципов. Конечно, ведь я только что сказал ему, что мы прощаемся. Скорее всего он ответил бы совершенно по-другому, если бы я сказал, что собираюсь сделать ей предложение.

Боже, эта мысль…

Нельзя об этом думать. Брак — это не наше будущее.

Эван зевал, когда я вошел в часть его лофта, игравшую роль гостиной.

— Можешь еще поспать, — сказал я ему. — Я просто посижу здесь, поработаю над текстом.

Он поднял руку в знак благодарности, затем подошел к своей кровати в углу и рухнул. Пару мгновений я наблюдал, как его грудь равномерно поднимается и опускается, а затем огляделся в поисках бумаги. Финальная песня для моего неудавшегося романа. Я должен был рассказать Кире обо всем, что чувствовал к ней. И попрощаться. Это был безумно сложный участок пути, и я совсем не хотел этого.