Безрассудный (ЛП)

Мне хотелось помочь ей, забрать всю ее боль и сделать так, чтобы она больше никогда этого не почувствовала. Но осознав, что я все равно не смогу осуществить хоть что-то из всего этого, я просто отвез ее домой, усадил на диван, подав воды и пачку бумажных салфеток, и сел рядом в кресло, чтобы она не оставалась одна.

Надеясь, что это поможет ей отвлечься, я включил что-то смешное по телеку. Вроде сработало. Несколько всхлипов, и ее кожа вновь посветлела, а салфетки перестали расходиться с бешеной скоростью. За Кирой я наблюдал внимательнее, чем за сюжетом фильма. Ее глаза от перенесенной боли стали еще зеленее, и, смотря этот дурацкий фильм, она покусывала губу. Я вдруг подумал, что хотел бы сидеть рядом с ней на диване, может даже приобнять ее, позволить ей выплакаться на моем плече… Но я обещал Денни держать дистанцию.

В конце концов лимит слез был исчерпан. Я видел усталость на лице Киры, когда она растянулась на диване, и меня ничуть не удивило, что она уснула еще до того, как закончился фильм. Она, наверное, всю прошлую ночь не спала. Я отыскал легкое одеяло и накрыл Киру, она слегка поворочалась и улыбнулась, будто знала, что я сделал.

Я постоял рядом, глядя на нее дольше, чем когда-либо. Прядь волос упала на ее губы, кончики подрагивали с каждым выдохом, и я был уверен, что в рано или поздно это ее и разбудит. Медленно, нежно и очень осторожно я убрал шелковистую прядь ей за ухо.

Кира не шевелилась, значит, все еще спала. Знаю, я не должен был, но ее щека буквально зазывала меня. Дыхание участилось, губы приоткрылись. Она и правда была потрясающе красива. Даже будучи эмоционально истощенной, с легкими кругами под глазами, она была великолепна. Я провел по ее щеке кончиком большого пальца. Ее кожа была такой мягкой, что мне хотелось прикоснуться к ней всей ладонью, почувствовать ее немного больше. Я хотел потереться о ее щеку, коснуться ее губами. Но прямо сейчас я уже преступал границу, и дальше заходить не буду. У нас Кирой была действительно хорошая дружба. Такое определение сейчас кажется слишком простым, но это единственный способ как-то описать нас. И я не собирался подвергать опасности ни наши с ней, ни наши с Денни отношения, даже если он не мог полностью доверять мне.

Следующие несколько дней я делал все, что было в моих силах, чтобы Кире было лучше. В основном я старался отвлечь ее, заполняя все ее свободное время. Которого, к несчастью, было предостаточно, потому что ее учеба еще не началась.

Чем больше времени мы проводили вместе, тем больше я наслаждался ее компанией. Кира умная, смешная, проницательная, на нее приятно смотреть, особенно когда мне удается вогнать ее в краску. В то же время она могла притвориться глупой и игривой, когда выбиралась из своей раковины.