Смотри, но не трогай (СИ)

Как будем решать эту сложную арифметическую задачу?»

Парни одобрительно гогочут. Что-что, а завладевать вниманием публики Веник умеет мастерски. Жаль только, что большинство его веселых историй — фейк.

Перевожу взгляд на танцпол, расположенный под нами, и без особого интереса наблюдаю за резвящейся толпой. Мы с пацанами арендовали застекленную вип-зону, поэтому у нас есть возможность перетереть и выпить в условиях относительной тишины. А вот внизу музыка кувалдой долбит по перепонкам — там даже не поговоришь нормально.

Внезапно входная дверь распахивается, и на пороге показывается последний недостающий элемент нашей компашки — Ранель Измайлов. Он — мой лучший друг и единственный, с кем я действительно общаюсь на равных. Это довольно парадоксально, учитывая, что, в отличие от остальных моих приятелей, Ран родом из простой семьи. И вообще, он даже не Москвич. Приехал в столицу из какой-то глубинки, крутится как может. Обычно плебсу не место в наших кругах, но Ранель вот как-то пробился. И даже заслужил определенный авторитет в глазах зажравшейся золотой молодежи.

— Всем здорово, — бросает Измайлов, по очереди пожимая пацанам руки.

Он почти никогда не улыбается, да и сейчас на его лице царствует выражение легкой скуки. Молча протягиваю ему ладонь и получаю крепкое рукопожатие. Друг падает рядом и без особых церемоний забирает у меня кальянную трубку. Меняет мундштук и делает глубокую затяжку.

— Ну че, Тим, как там твой старик? — выпускает дым наружу. — Женился?

— Угу, — подтверждаю мрачно.

— Как свадебка? Шик, блеск и перья из жопы?

— Хрен знает, — пожимаю плечами. — Я там не был.

— Пропустил женитьбу бати? — в глазах Ранеля читается удивление. — Жестко. Он тебя за это не придушит?

— Да мне плевать, — дергаю головой. — Мне его новая семейка даром не упала.

— Семейка? Выходит, там не только женушка?

— Нет. Баба с багажом оказалась, — чувствую, как во мне снова закипает злость.

Не знаю, почему, но моя ненависть к отцовской шаболде увеличивается прямо-таки в геометрической прогрессии. Даже говорить о ней неприятно. Аж зубы сводит.

— Значит, у тебя теперь будет сводный брат, — друг откровенно потешается. — Ну, или сестрица.

— Сестрица-тупица, — брезгливо морщусь. — Докатился, блин.

— И как она из себя?

— Без понятия, я ж ее не видел. Но наверняка такая же напыщенная овца, как и ее мать, — выдаю с досадой. — Сам знаешь, яблочко от яблоньки.

— Ну да, — задумчиво тянет друг, опустив взгляд на танцующих. — Ладно, Тим, не загоняйся ты так. Подумаешь, женился твой пахан на старости лет… С кем не бывает? Может, они месяцок поживут да разбегутся. Классическая история.

— Хрена с два эта хищница его отпустит. Вцепилась мертвой хваткой, — цежу, гневно сжимая бокал. — Она ж нищенка, Ран.