Смотри, но не трогай (СИ)

— Предупреждение, — Алаев хлопает его по плечу. На мой взгляд, чуть сильнее, чем положено. — Второе и последнее.

Минуту назад я думала, что эти двое друзья. Ну или, как минимум, приятели. А теперь мне почему-то кажется, что они недолюбливают друг друга. Их взгляды напоминают скрещенные в бою шпаги, а в позах явственно чувствуется неприязнь. Что они не поделили?

— Ну, бывайте, пацаны, — Никита отступает назад и, положив руку мне на талию, притягивает к себе.

Даже не знаю, почему я ему это позволяю. Мы же вроде еще не втакихотношениях… Но факт остается фактом: ладонь парня покоится на моей спине, и я ее не убираю.

Более того, зачем-то прижимаюсь плечом к его груди.

Действительно, зачем?!

Мы с Никитой разворачиваемся на сто восемьдесят градусов и, приобнявшись, словно самая настоящая парочка, уходим прочь. По телу бегут нервные мурашки, а затылок горит нестерпимым жаром, который может означать только одно — Алаев неотрывно смотрит нам вслед.

Глава 21

Тимур

Какого хрена, а? Почему каждая половозрелая особь мужского пола раздевает глазами Грановскую? Да, она красивая. Объективно. Но как же дело вкуса? Ведь у каждого мужика свои предпочтения: кому-то нравятся брюнетки, кому-то блондинки.

Кто-то даже от полненьких тащится. Так с какого, спрашивается, перепуга все пацаны вдруг сговорились и решили коллективно позалипать на мою сводную сестру? Дрочеры несчастные.

Вы не подумайте, у меня отнюдь не родственные чувства задеты. Просто реально не понимаю.

Еще и Ник, блин, туда же. Камикадзе хренов. Ведь сказал же ему русским языком, чтоб держал свои грабли при себе. Но друган не понял меня по-хорошему. Значит, придется по-плохому объяснять.

На той вечеринке у Верещагина он не отлипал от Грановской.

Приклеился к ней как банный лист. Так весь вечер как Маня с Ваней и проходили. Шушукались по углам, даже вроде обнимались. Без пошлостей правда — как первоклассники на перемене. Но все равно противно. Я чуть не блеванул.

— Внимание! Тишина! — голос препода выдергивает меня из неприятных мыслей. — Наше собрание носит исключительно информационный характер, поэтому долго задерживать вас не буду. Быстренько пробежимся по основным направлениям олимпиады. В этом году их два: геометрия и физика.

Разницу, думаю, понимаете. Физика будет на этой неделе, геометрия — на следующей. Точные даты появятся на стенде у деканата завтра после обеда…

— Александр Владимирович, можно вопрос? — в воздух взлетает рука Грановской.

Выскочка.

— Да, Валерия, конечно, — глядя на нее, Анисимов прям расплывается в улыбке.

Что за фигня? Неужели и этот книжный червь туда же?

— Я бы хотела поучаствовать в обоих направлениях олимпиады. Это возможно?

Выскочка в квадрате.

— Думаю, возможно. Но на всякий случай уточню в деканате.