Соляные копи попаданки

- За лекарем уже послали?

Я привстала, поддерживая свой огромный живот рукой.

- Джон верхом ускакал, - кивнула она.

- Готовьте воду и кипячёные простыни.

- Ханна уже занялась.

Все мы давно уже к этому готовились. Для всех Агата и так уже «перехаживала», согласно легенде о погибшем муже. Последние дни беременности давались сестре особенно тяжело. Она кричала, что ненавидит своё располневшее тело, проклиная ещё нерождённого ребёнка. Швыряла в слуг тарелки с едой, отказывалась умываться и причёсываться.

Побаивалась она только бабулю. Под её прищуренным сквозь монокль взглядом она позволяла горничной убрать осколки и перестелить постель.

Меня к ней уже давно не подпускали.

- Нечего тебе там делать, мало ли что этой дурынде в голову стукнет! Сама разберусь! – говорила бабуля

Николас так и вовсе старался лишний раз не общаться, с Агатой, помня её нездоровый интерес. Тем более срок его опекунства закончился ещё пару месяцев назад. Сестрица теперь совершеннолетняя и вправе сама распоряжаться своей жизнью.

С помощью горничной я поднялась на второй этаж, тут уже суетилась Ханна, рядом стояла бабуля.

- Ну как? – спросила я у неё.

- Рожает, - пожала она плечами.

Из комнаты Агаты послышался громкий протяжный стон.

- За лекарем уже послали.

- И без него обойдёмся, - отмахнулась бабуля, - а ты бы шла к себе, книжку почитала. Ульяна, уведи её!

К вечеру Агата родила здоровенькую девочку. Вот только брать на руки и кормить её она категорически отказалась. Пришлось Миколе бежать в деревню за козьим молоком.

Не взяла она новорождённую дочь и на второй день, и на третий, отказываясь даже смотреть на крошечный пищащий комочек. Хлопоты о малышке, как ни странно, взяла на себя Марийка.

Её дочка уже заметно подросла и уже вовсю ползала. Теперь кухарка возилась сразу с двумя.

А спустя неделю я застала сестру в гостиной при полном параде. Рядом стояло несколько саквояжей и тюков с вещами.

- Агата!

Сестра обернулась, увидев меня нахмурилась, а потом гордо вздёрнула подбородок.

- Агата, что это? – я указала на саквояж.

- Я уезжаю, и не думай меня удерживать! Я свободная женщина, вдова, - она усмехнулась.

- Но как же твоя дочка?

- Она мне не дочь! Если так о ней печёшься, забирай её себе, она мне не нужна!

- Но куда же ты поедешь?

- Не твоё дело! У меня есть деньги, не пропаду! И не вздумай меня искать!

Подхватив шляпную коробку, она вышла на улицу.

Следом Григор вынес её остальные вещи. Коляска уже ждала у крыльца.

- Бабушка, как же так? – я растерянно смотрела на подошедшую ко мне бабулю.

- Пусть едет, одной заботой меньше.

- А как же малышка?

- Что, мы ребёнка не вырастим? Лучше с нами, чем с такой матерью.

Вернувшись, Джон доложил, что довёз Агату до вокзала дорожных дилижансов. Дальше след её терялся. Надеюсь, она сможет найти своё счастье.