Спасения нет

Взрыв расколол бетонный фундамент, и неровная трещина открыла проход в полость под ним. В такую мог протиснуться человек. Субдроны просквозили без заминки и рассыпались, пробивая затемнившую оптические датчики пыль. Они обнаружили широкий коридор, выводивший в большой зал, где поредевшая пыль открывала кафельные стены и пол, грязь и паутину. Ряд разъеденных вековой ржавчиной турникетов безмолвно охранял вход на уходивший в непроницаемую тьму эскалатор.

— Знаю, что это такое, — сказал Юрий. — Старая станция метро. До появления метро–хабов «Связи» в Лондоне ходили подземные поезда.

Все это уже больше века как замуровано.

— Инфракрасный след, — сказал Кохаи. Субдроны высмотрели на одном из безжизненных эскалаторов следы ног — легчайшее термальное свечение среди потревоженной грязи.

— Берем.

Фолк и двое его людей вертикально упали в пробитую взрывом шахту. Два «умных» снаряда разнесли в пыль края трещины, расширив проход в фундаменте. Кохаи поморщился при виде новой лавины обломков, но Фолк со своими успел проскочить прежде, чем их накрыло.

Они вылетели по коридору в холл — реактивная струя взбивала столетиями никем не потревоженную грязь.

Два дрона охраны порядка взяли на себя обязанности регулировщиков, и все вместе устремились вниз по эскалатору.

Внизу тепловой след разошелся: один направился влево по длинному коридору, два других — вперед, к следующей очереди эскалаторов. Фолк выбрал левый, а двое в броне пошли прямо. Субдроны мчались впереди. В нижней части эскалаторов они наконец высмотрели пару агентов оликсов. От них по субдронам хлестнули мощные энергетические лучи. Люди Кохаи с верхней площадки эскалаторов ударили кинетическим из рельсовой пушки.

Нижняя треть эскалатора и пол под ним разлетелись вдребезги — грязь и осколки. Боевые скафандры упали прямо вниз, над полом выровнялись по дуге и продолжили погоню.

Из серой трясины обломков к ним, кувыркаясь, вылетел странный предмет: туманный клубок волокон, вращающийся, как шары боло. Он тонким одиноким сопрано вел песню смерти. Оба скафандра резанули по нему из мазеров. Нити распались на части, но не остановились. Они распластались по скафандрам. Облепили.

На линзы Кохаи разом выплеснулись два багровых предупреждения о нарушении герметичности.

Обрывки нитей резали, прожигали, буравили керметаллическую броню, как обычный пластик. Ген 8 Тьюринг мгновенно подвел дроны, заставил их обмахнуть скафандры широкими лучами мазера, соскребая молекулярную структуру активного компонента этих нитей. Кохаи с ужасом увидел, что нити продолжали внедряться в защиту. Затем канал связи забили вопли. Он не стал их ни отключать, ни приглушать. Казнил себя.

— Фолк, держитесь подальше от объекта, — приказал Кохаи.