Алая гроздь турмалина

– Сейчас мы приедем ко мне домой, возьмем лист бумаги и запишем все странности и случайные совпадения, которые есть в этой истории. Когда ты систематизируешь все, что знаешь, на листе бумаги, то, как правило, сразу понимаешь. Только скажи мне сейчас, что именно было спрятано в печи?

– Рубин Цезаря, – ответила она, закусила губу, чтобы не заплакать, и все-таки не сдержалась.

* * *Почему-то Лене понравилось, что Макаров не бросился ее утешать. Просто протянул пачку салфеток и отвернулся, чтобы не смущать. Или ему все равно? До Излук доехали в молчании, и за это время слезы высохли, словно их и не было.

Большая тяжелая машина въехала в крепкие ворота, открывшиеся и закрывшиеся за спиной с пульта-брелока. Лениным глазам открылся дом, от красоты которого она на мгновение замерла, перестав дышать.

Дома и в новой, и уж, тем более, в старой части поселка были в основном деревянными. Быстровозводимые конструкции тоже встречались, из кирпича строили нечасто, да и в конструктивных особенностях таких домов не было ничего неординарного. Один, максимум два этажа, балконы, зачастую украшенные коваными решетками, скатные крыши, застекленные или открытые веранды, обязательная баня в углу участка.

Все, как у всех.

Этот дом отличался от остальных так разительно, словно его придумывали и возводили инопланетяне. Казалось, основным материалом, из которого его создал неизвестный автор, был воздух. А еще, конечно, стекло, бетон и металл. Дом был совершенно белым, навес, выполнявший функцию гаража, плавно переходил в террасу первого жилого, а на самом деле второго этажа, весь фасад которого казался стеклянным, прозрачным.

Раздвижные двери позволяли выходить из гостиной на воздух, на террасе были видны легкие, словно тоже космические стулья, а также лежаки с мягкими подушками."

"Закругленная конструкция, соединяющая второй этаж с третьим, уходила в крышу, образуя полукруг. Дом стоял так, что он большую часть дня создавал приятную тень на обеих террасах, а еще везде было много зелени – цветов, в расставленных ящиках, и небольших деревцев, при одном взгляде на которые чувствовалась легкая прохлада.

Фантастический дом! Это Лена как архитектор могла оценить, и на мгновение испытала жгучую зависть, что ей никогда не приходилось работать над чем-нибудь подобным. От особняков XIX века этот дом отличался как летящий по прерии белый мустанг от битюга, тащащего по каменной мостовой груженную бочками повозку.

– Нравится? – спросил Дмитрий, правильно оценивший ее молчание.

– Очень, – призналась Лена. – Кто архитектор?

– Относительно молодой человек по имени Савелий Гранатов.