Страсть дракона

Леди Фредегонда посмотрела неодобрительно, но ничего не сказала. Судя по двум пустующим креслицам, поставленным рядом с леди Фредегондой и Брюной, кроме дракона ждали еще двух гостей, и я даже предполагала, что одно кресло займет леди Ундиса, а второе... Может, второе - для меня? Я с тоской проследила, как Брюна отломила и вторую ножку, крепко заработав челюстями.

Когда принесли вино и фрукты - прошлогодние яблоки, которые пахли, как будто их только что сорвали, леди Ундиса села рядом с леди Фредегондой. Она тоже не притронулась к еде и благосклонно наблюдала, как Брюна принимается за куриный суп, вылавливая сердце и куриные потроха.

- Могла бы подождать отца, - не вытерпела леди Фредегонда.

Брюна сделала уже знакомую мне гримаску.

- Юной девушке надо много кушать, чтобы быть красивой, - ласково возразила леди Ундиса. - К тому же, милорд не будет в обиде, если леди Брюна начнет ужин без него.

Леди Фредегонда фыркнула, но тут в зале появился дракон, и все разговоры были немедленно оставлены. Я видела, что появление дракона подействовало на людей, как если бы в зал вошел медведь. Слуги побледнели и опустили глаза, и только три женщины за столом повернулись навстречу милорду Тевишу, сияя улыбками.

Три мегеры вдруг превратились в трех добрых фей, стоило появиться хозяину Намюра. Настоящему хозяину.

Дракон сел в кресло, и дочь сразу подставила ему бокал, леди Ундиса налила вина, а мать пододвинула поближе блюдо с хлебом.

Милорд Тевиш поблагодарил за заботу кивком, преломил хлеб и взглянул на меня из-под черных прямых бровей.

- Почему девушка не за столом? - спросил он.

Все три женщины тотчас посмотрели на меня, будто только что заметили, и леди Ундиса сказала ласково:

- Правда, почему вы не садитесь с нами, леди Мелхола?

- Садитесь со мной, - Брюна похлопала по креслу рядом со своим с такой радостью, словно приглашала младшую и горячо любимую сестренку.

- Попробуй кролика, - предложила леди Фредегонда, королевским жестом указывая на блюдо. - Он потушен в сметане и травах, мясо так и тает во рту. Даже мне, старухе, такая пища по зубам.

Дракон не мешал им состязаться в любезности, но пока я шла до отведенного мне места, я чувствовала пристальный взгляд черных глаз. Этот взгляд обжигал, как открытое пламя, и мне хотелось прикрыть лицо ладонью, потому что щеки мои уже загорались румянцем. Но я постаралась ничем не выказать волнения, села рядом с Брюной и, дождавшись, пока в женском щебетании наступит пауза, громко сказала:

- Благодарю, миледи Фредегонда, миледи Брюна и миледи Ундиса, вы очень добры ко мне. За столом стало тихо, а дракон откинулся на спинку кресла, буравя меня взглядом.

- Почему ты к ним так обращаешься? - спросил он.