Страсть дракона

Она заснула на полуслове, разметавшись в постели и по-детски приоткрыв рот, а я еще долго лежала, глядя в потолок.

В западне у драконов...

И неизвестно, удастся ли мне выбраться.

Но герцог был недоволен вниманием, которое оказывал мне король. И недоволен сыновьями, которые оставили меня с Рихардом.

Я задремала, потому что вдруг оказалась в замке Намюр, и снова увидела, как герцог исступленно любит конкубину, яростно вонзаясь в нее и издавая стон при каждом проникновении. Как это всегда бывает во сне, я видела все со стороны, но вдруг наваждение поменялось волшебным образом, и на месте конкубины оказалась я.

Только не животом на столе, с задранной юбкой, а в постели, лицом к лицу с драконом. В глазах его сверкали красноватые сполохи, и он шептал мое новое имя - Брук, не спуская с меня взгляда. От этого шепота и от этого взгляда я сама словно превратилась в дракона - вцепилась ему в плечи пальцами, как когтями, и застонала, выгибаясь навстречу.

Вскочив в постели, я прижала руку к груди, стараясь унять бешено стучавшее сердце. Чего только не приснится после общения с драконами-развратниками!..

Рядом со мной тихо посапывала Брюна, но стон все еще звучал в моих ушах, а потом я поняла, что это мне не снится.

Кто-то и в самом деле стонал - тихо, как будто сквозь плотно сомкнутые губы.

Я спустила ноги с постели. Камни пола были холодными, но найти туфель в темноте я не смогла, потому пошла на звук босиком, шаря перед собой руками. Все это напоминало игру в жмурки, с той лишь разницей, что глаза у меня не были завязаны. Я нащупала дверную ручку и тихонько приоткрыла дверь. За ней была смежная комната - что-то вроде прихожей, где полагалось спать служанкам.

Но в этот раз служанок не было, и кушетка, стоявшая в углу, была пуста. Крохотный светильник скупо освещал комнату, и в его неровном свете туда-сюда бродил герцог Тевиш, сцепив за головой руки и тихо постанывая, как от зубной боли.

Моим первым порывом было спросить о его здоровье, но тут другая дверь - ведущая в коридор - приоткрылась, и появился король Рихард.

Герцог повернулся к брату - не слишком быстро, но движение его никак нельзя было назвать ленивым или расслабленным. Так оборачиваются навстречу опасности.

Я затаила дыхание, потому что Рихард сказало, прикрывая за собой дверь:

- А ты почему не спишь в такой час, Тевиш? Уже далеко за полночь.

- А ты почему не спишь? - ответил герцог сдержанно, но я по голосу поняла, как он напряжен и обеспокоен.

- Караулишь? - спросил Рихард, словно не услышав вопроса, и растянул губы в улыбке.

Улыбка не получилась. Она больше походила на оскал. Да и лицо короля, исполосованное шрамами, выражало вовсе не братское участие. Скорее, король был раздосадован, что встретил герцога.