Строптивица и нахал

Ее вечно все не устраивает, говорит: это гормоны. А тут Леха предложил в клуб сходить. Ну, а че? Отдохнуть захотелось, выпить, провести вечер в приятной компании, – после этих слов он отодвинулся еще дальше. Скоро совсем со стула свалится. – Мы хотели просто познакомиться! – оправдываясь, поднял ладони вверх.

Помня, что Артем может потерять работу, бить его больше не стал, хотя кулаки чесались.

– Олька, она вообще должна была дома сидеть. Че, спрашивается, поперлась на концерт?! Бить она никого не била, в волосы только вцепилась, а эта ей кулаком в лицо дала, а она, между прочим, беременная.

Последнее его предложение напоминало шантаж. Решил мудак меня припугнуть, что ли?

– Слушай сюда внимательно. Только попробуйте что-нибудь вякнуть против моей жены или ее подруги – и ты сядешь за попытку изнасилования. А твоя подруга будет растить ребенка на зоне, и папу он нескоро увидит. Твой друг, если на него надавить, даст показания против вас, лишь бы самому не загреметь на зону.

Страх парня был осязаем: тело его покрылось испариной, на футболке проступили пятна пота, руки дрожали, сжав их в замок, он зажал ладони между коленями.

– Твою жену я задерживать не собираюсь, – сказал мне Скворцов, как только я подошел к ним. – Подожди немного, запишу ее показания и отпущу.

Кивнул, соглашаясь с ним. Скворцов отправился к задержанному, а я остался с Артемом наедине.

– Тем, я домой, – если он и удивился, ничего не сказал. – Машину оставляю тебе, привезешь Милану домой. Но сначала, как и договаривались, проведите воспитательную работу.

Мог и сам ее забрать, но отлично понимал, что эмоции не лучший советчик.

– Увидишь их, сделай вид, что удивлен. Скажешь, дозвонился до меня, ехать за ней я отказался, даже просил вас ее не выпускать.

Тема в своей манере громко заржал, откидывая голову назад.

– Как думаешь, она на это отреагирует?

– Мне все равно, если это заставит ее вести себя разумно. Если папочке не позвонила, значит, не хочет, чтобы он знал. А я не собираюсь каждый раз бежать ее спасать.

– Так у нее личные вещи изъяли, а то, может, и позвонила бы, – поправил он меня.

– Пойдем, проводишь, – спорить мне не хотелось.

Скорее бы добраться до дома, принять душ и лечь спать.

Глава 14

Милана

Шум. Такой… неприятный. Он погружал в пучину отчаяния: постоянные гудки телефонов, грубые мужские голоса, громко спорящие о чем-то. Агрессивно вела себя пьяная женщина: она распевала матерные частушки и требовала, что бы ей дали закурить, стуча по решетке ногами. Задержанные проститутки громко смеялись над пошлыми шутками. Постоянные окрики полицейских, обоюдные угрозы.

Этот мир был мне чужим и незнакомым.