Строптивица и нахал

Расфасовав все по разным полкам, мы со спокойной душой могли отправиться в салон красоты. Я и не думала, что ходить по рынку так утомительно. Пока Соня, развалившись в кресле, давала ногам отдых, я быстро сбегала, приняла душ.

По дороге в салон, мы купили себе мороженое: Соня – шоколадное с орешками, а я – фисташковое. Чтобы не заляпаться, заняли скамейку в сквере. Минут десять у нас еще оставалось в запасе.

Недалеко от нас сидела компания, парень в ней играл на гитаре, что-то негромко напевая. Наблюдая за людьми, я откусывала мороженое, которое таяло на языке, приятной прохладой разливаясь внутри.

В этой обыденной, мирской суете мысли мои понеслись куда-то не туда.

Я столько лет убеждала себя, что ненавижу Тимура. А оказавшись рядом с ним, просто убедилась, что до сих пор он – единственный мужчина, заставляющий мою кровь быстрей бежать по венам. Мое сердце пропускает удары, когда он прикасается ко мне. О чем я думала, когда он ворвался ночью в мою спальню! Я, конечно, смутилась, инстинктивно прикрыла грудь, но я хотела, что бы он остался. Это позже я принялась ругать себя за слабость, а в тот момент думать мне не хотелось.

Правильнее отпустить ситуацию и плыть по течению, смотреть, к чему приведут наши отношения. Но предательское женское сердце тянется к нему! А прояви он ко мне интерес, боюсь, я сдамся – и падут все бастионы, выстраиваемые годами. Смешно, но его поблагодарить бы стоило, что своей жесткостью и холодностью не дает моим иллюзиям разрастаться.

Сколько раз я за последние дни вспоминала Антуана? Стыдно признаться, но почти не вспоминала, если он только сам о себе не напоминал. На сообщения отвечала неохотно, звонки в скайпе и вовсе игнорировала.

А что мне ему сказать? Прости, я вышла замуж? С моей стороны это трусливо и нечестно, но язык не поворачивался признаться. Не хочется обижать Антуана, но по-другому никак. Обязательно поговорю с ним. Обязательно! Наберусь смелости и позвоню.

Соня права, их нельзя сравнивать. Антуан такой родной, с ним мне спокойно и уютно. А Тимур холодный, далекий, опасный, но меня тянет именно к нему. Я испытываю трепет только от того, что он рядом. Когда он утром заставлял меня съесть бутерброд, его губы были так близко, что я невольно к ним чуть не потянулась.

С Антуаном все по-другому. Мы целовались сотню раз, но я никогда не испытывала сильных эмоций. Меня не будоражил его запах, мне не хотелось потереться носом о его шею, прижаться к его обнаженной коже, оставить на нем свой аромат. Да, мне только ради любопытства приходила в голову мысль с ним переспать, а не потому, что мне снесло крышу от желания.

Мороженое закончилось.

«Надо было брать два» – подумала я.