Строптивое наследство

— А можно подробнее для незнакомых с вашими реалиями попаданок? — иронично осведомилась Нина. — То есть Торн тут не при чем?

— Торн или сам игру устроил, или во что-то ввязался, — последовал ответ. — И сам он вам ничего не расскажет. А вот кто-то из ваших предков каким-то образом оказался в безмагическом мире. И остался там. Или же сделал ребенка местной жительнице и вернулся. Сейчас не поймешь.

— Очень дальний предок? — заинтересованно уточнила Нина.

— Сын или внук.

— То есть я…

— Внучка или правнучка бога смерти или бога-основателя этого мира.

Нина высказалась. На русском народном. Вообще она материться не любила. Но тут, похоже, и ситуация, и местные боги прямо-таки заставляли ее вспомнить все возможные выражения.

Она — внучка или правнучка бога. Да еще и неслабого. Вот, называется, приехали. Не было печали.

— Ошибки быть не может?

Жених покачал головой и добавил:

— В аристократическом обществе не принято слышать ругань из уст женщины."

"— А я и не в обществе, — огрызнулась Нина. — Я с вами.

— А я не аристократ? — саркастически спросил жених.

— Вы — заноза, и хорошо, если только в пальце, — выдала раздраженная всей ситуацией Нина.

Жених внезапно расхохотался.

— Из вас выйдет хорошая жена. Боевая, — заявил он, отсмеявшись.

Нине захотелось повторить земной мат. Жена из нее выйдет. Как будто она собирается выходить замуж. Развели здесь патриархат.

— Вы сначала у своих законников спросите, — буркнула она недовольно. — Вдруг я не попадаю под ваши законы.

— Спросим, вместе, — жених, казалось, не видел в этом проблемы. — Но вам все равно придется выйти замуж. Даже внучки богов в этом мире обязаны завести семью и дать потомство. Вы же женщина. Это ваша роль.

— А ваша?

— А вот мужчина как раз может не жениться.

Нина ухмыльнулась: выходить замуж без сильной любви она не собиралась. Ее, внучку бога, хотят принудить к свадьбе? Ну пусть попробуют.

Глава 18

Эрик внимательно наблюдал за невестой. Она была полной противоположностью Нейне. Не сказать, чтобы Эрику нравился такой характер, как у нее: боевой, решительный, дерзкий. Но рядом с ней Эрику точно не грозила скука.

А еще она ругалась, как конюх. Эрик не понял ни единого слова, но по интонации догадался, что невеста отнюдь не богов славит. Впрочем, внучке богов подобную вольность простят в любом обществе. Насколько Эрик помнил из многочисленных летописей, бог-основатель сам любил выразиться покрепче. Да и бог смерти от него недалеко ушел.

— Это все? — хмуро спросила невеста. — Вам больше ничего здесь не нужно?

— Вы очень любезны, — ухмыльнулся Эрик. — Но нам лучше вернуться вдвоем. Барон в любом случае будет жаждать общения с вами. Риссы Ольгеры ему маловато.