Сумрак

– Будь готова к тому, что произойдет, когда он увидит, – предупредил Дэймон. – И что с ним может случиться, если он бросит вызов полицейскому.

Парень вышел, а я осталась стоять на месте. Мои плечи медленно поникли под тяжестью его слов.

Уилл не должен увидеть синяки. Никогда.

* * *Кухню освещал лишь свет луны, низко висевшей в небе, пока я разгружала посудомоечную машину. Расставила стаканы, рассортировала столовые приборы, отказываясь смотреть на стену с часами, монотонно отбивавшими секунды.

– Тебе пора в постель.

Я запнулась, услышав голос Мартина.

Он подошел, взял пару тарелок из машины, передал их мне.

Приняв их, приготовилась к худшему.

– Закончу тут, и сразу пойду. Обещаю, – пробормотала, повернулась и поставила тарелки в шкаф, ожидая его вспышки гнева. Как всегда.

– Твои оценки выглядят неплохо, – вместо этого сказал брат. – И строительство беседки идет полным ходом. Люди делают мне комплименты по поводу нее.

Он положил грязную миску и вилку в посудомойку, а я сполоснула раковину и вытерла стойки.

– У тебя есть еще год до подачи документов в колледж, но я постараюсь помочь, куда бы ты ни решила поступить.

В глазах вдруг защипало, и я моргнула, кивнув. Порой такое его настроение было сложнее вынести, чем насилие.

Я вытерла плиту, поставила подставку для ложки на место, выжидая, когда Мартин уйдет. Почувствовав, как он запустил пальцы мне в волосы, остановилась, но на него не посмотрела.

– Мне жаль, знаешь? – сдавленно произнес брат. Было слышно, что он сдерживал слезы.

Стараясь держать себя в руках, стиснула челюсти.

– Я действительно люблю тебя, Эмми. – Мартин сделал паузу. – Вот почему я хочу, чтобы ты уехала в колледж. Ты будешь единственной в нашей семье, кто не станет гребаной неудачницей.

Я закрыла глаза.

Пожалуйста, просто уходи. Пожалуйста.

– Просто все накапливается, – пояснил он, – день за днем, пока я не перестаю мыслить здраво. Это сбивает меня с толку, ослепляет, и я готов выпрыгнуть из собственной шкуры. Словно не могу себя остановить.

А когда он приходит домой, то срывает злость на мне, потому что я никому не расскажу и не убегу.

– В такие моменты я не отдаю себе отчет в своих действиях, – пробубнил брат. – Я просто не могу остановиться.

По щеке скатилась слеза, однако я не издала ни звука.

– Ты знаешь, что я не такой. Да?

Я кивнула, закончив с плитой.

– Помнишь, я возил тебя на переднем сиденье? – Мартин тихо засмеялся. – Хотя мама говорила, что ты еще слишком маленькая. Я ждал, пока мы не выедем на дорогу, и только потом разрешал тебе переползти вперед?

Заставив себя рассмеяться, оглянулась на него через плечо.

– Да. С условием, что я пообещаю не говорить маме о казино-вечерах, которые ты устраивал в подвале, когда родители были в Филадельфии.

Он хохотнул.