Сумрак

– В семье так делают.

Дэймон облажался, однако урок усвоил.

Причинив многим людям столько боли, друг потерял все, но только тогда понял – его гордость менее важна, чем все, что он любил.

Почувствовав взгляд Эм, посмотрел на нее и был почти потрясен тем, как она смотрела на меня не моргая. Словно стена вокруг ее сердца внезапно дала трещину.

Тишина заполнила комнату. Тэйлор рядом со мной тихо пил, а Эйдин с Эм сидели и молчали.

Мне хотелось подраться. С ним, с Тэйлором… с кем угодно, лишь бы выпустить проклятый пар.

За окнами в небе сверкнула молния, следом раздался раскат грома.

В следующий миг свет погас, столовая погрузилась в темноту, горела лишь тонкая свеча на столе.

– Черт, – проворчал Тэйлор. – Этого еще не хватало.

Хадир встал, приказав Тэйлору следовать за ним. Они ушли, наверное, чтобы проверить электрический щит или генератор.

А я по-прежнему смотрел на нее, откинувшись на спинку стула.

– Ты не была такой уж чертовски замечательной. С тобой было много хлопот, которыми я занимался слишком долго.

Эмми не отрывала от меня взгляд.

– Я знаю.

– В моем окружении были девушки поприятнее.

Она кивнула, ее тон смягчился.

– Я знаю.

Я сжал кулак.

– Друзья, которые были добрее.

– Да.

– Я не звонил тебе, – подчеркнул. – Никак не связывался с тобой почти девять лет.

Едва открыв рот, Эмми закрыла его и стала дышать чаще.

– Мне все равно, через что ты прошла.

Она опять кивнула.

– Многие меня любили, а я тратил время на ту, которая не любила.

Сердце начало бешено биться, когда я опустил взгляд на ее шею. Оливковая кожа блестела от легкой испарины.

– Я понимаю, – ответила Эмери.

Гребаная сука. Мой член набух и затвердел; с каждой секундой я злился все сильнее.

– У тебя были годы, чтобы выйти на связь, но ты этого не сделала. Поверь, за это время я понял, что тебе плевать, и мне теперь тоже плевать.

Она сглотнула.

– Я двигался дальше. – Свеча мерцала; по дому гулял сквозняк. – Я целовал других, касался их лиц, как касался твоего, проводил с ними время так, как никогда не проводил с тобой.

Ты мне безразлична.

Ее челюсти сжались. При виде красивой шеи Эм я ощутил, как мои пальцы загудели от желания прижать ее к столу и ласкать ее ртом до тех пор, пока она не закричит.

– Сотни ночей.

 – Я не был уверен, говорил ли это для нее или для себя, но продолжил: – Годы без мыслей о тебе. Почти целая жизнь воспоминаний и историй, не включающих тебя. Ты была никем.

Больше не отвечая, девушка пялилась на меня.

– Она заботилась обо мне. – Мой голос затих до шепота; мне было все равно, что Эмери не знала, кого я имел в виду. – Она слушала меня. Заставляла меня улыбаться.

Никакого движения.

– Стояла рядом со мной, – процедил сквозь зубы. – Вписалась в компанию моих друзей. Она умна, сообразительна, находчива.