Сумрак
Это место называют Блэкчерч. Уединенное поместье в отдаленной местности, куда богатые отсылают своих провинившихся сыновей.Уилл Грэйсон всегда был настоящим зверем. Безудержным, диким. Он никогда не следовал правилам, кроме одного: делай то, что считаешь нужным.В старшей школе он с наслаждением зажимал меня по углам, когда никто не видел. Иначе все вокруг поняли бы, как мистеру популярность нужна эта тихая девчонка-ботаник, над которой ему так нравилось издеваться.Но я знаю кое-что еще. Каким мягким он может быть. И с каким отчаянием защищать меня.Правда заключается в том, что у него есть право меня ненавидеть.Это все моя вина. Все.Ночь дьявола. Видео. Аресты.И я ни о чем не жалею.
Оставшиеся между нами сантиметры пространства были сущей пыткой, разгорячавшей кровь.
Я взяла его руку и направила ее к внутренней поверхности моего бедра, приподняв юбку. Он тяжело выдохнул, его ногти впились в мою кожу.
От нахлынувшего восторга я резко втянула воздух, желая, чтобы он продолжал. Мой клитор пульсировал.
Открыв глаза, встретилась с ним взглядом. Его рука скользнула глубже мне между бедер. Чем дальше он продвигался, тем более горячей и влажной я становилась."
"Карикатурный оборотень выскочил из стены сбоку от Уилла. У меня перехватило дыхание, каждый сантиметр кожи пылал.
– Уилл.
Двери перед нами открылись, в комнате снова воцарилась тьма. Мы переместились в «Рундук Дэви Джонса». Смотря на него, я медленно спустила лиф платья.
Да. Я не могла остановиться. И не хотела.
Прохладный воздух щекотал обнаженную грудь, отчего соски напряглись и затвердели. Взгляд Уилла опустился ниже, и он шумно выдохнул.
Мне было приятно от того, как он смотрел на меня.
Я лишь хотела провести сегодняшнюю ночь с ним.
Уилл прильнул ближе, коснулся моих губ, но не поцеловал. Подняв ногу на бортик вагонетки, я выгнула спину и открылась ему. Он медленно и нежно гладил меня, дразнил, подбираясь к клитору.
Другой рукой Уилл накрыл мою грудь, слегка сжал ее. Его горячее дыхание овеяло мои губы.
Стоило ему коснуться клитора, как я застонала.
Он скользнул пальцем дальше, приблизился к влагалищу, но я остановила его, схватив за руку.
Уилл напрягся и нахмурился от боли.
– Эмми…
– Не пальцы, – прошептала я. – Тебя. Я хочу почувствовать тебя внутри себя.
Зашипев, он сжал руку в кулак между моих ног и, издав тягостный стон, отпустил меня и попытался поднять поручень, но тот не поддался.
Кряхтя, Уилл продолжил борьбу за наше освобождение, а я наклонилась, обхватила его лицо ладонями и стала осыпать поцелуями щеку.
– Твою мать, – прорычал он, дергая перекладину все сильнее и быстрее, чтобы мы могли вылезти.
Все старания оказались напрасны. Уилл попробовал выскользнуть из-под нее, только был слишком большим.
Я засмеялась ему в ухо, покусывая мочку, и взмолилась:
– Вытащи нас. Я хочу тебя и сегодня не скажу «нет».
– Черт, – воскликнул парень, воюя с поручнем и отчаянно рыча. – Проклятье.
Он схватил меня, поцеловал и, пока мы пожирали друг друга взглядами, застегнул молнию на моем платье.

















