Сумрак

После окончания школы прошлой весной я убедила Мартина использовать средства на колледж, чтобы отправить гран-мэр в самый красивый дом для престарелых, который можно было найти за эти деньги, потому что деньги мне не нужны. Получив стипендию благодаря моим потрясающим проектам в Тандер-Бэйе, демонстрирующим, как можно сделать руины функциональными, сохранив при этом их характер, мне не понадобились деньги брата. Для того, что не покрывала стипендия, я взяла кредит. К черту."

"Я хотела разобраться со всем сама, но у него была доверенность на нее, и ситуация оставалась неизменной.

Он согласился, когда я, наконец, обрисовала в общих чертах преимущества дома престарелых для него самого, плюс уважение и восхищение людей, думающих, что он заплатил за ее первоклассный уход из своей скромной зарплаты государственного служащего.

Я звонила ей каждый день и не разговаривала с ним с тех пор, как уехала после выпуска. Летом стажировалась в Сан-Франциско, приезжала в город в конце июля, чтобы навестить ее, а затем сразу же уехала, чтобы переехать в свое общежитие.

– Тебе надо было пойти, – сказала Тэя. – Хоть раз просто скажи «да».

 – А потом она громко застонала: – Да, да, да!

В Беркли не было недостатка в вечеринках и развлечениях, но за два месяца, минувших с начала занятий, приспособиться к новым людям и новому окружению оказалось труднее, чем я думала.

Что было глупо, потому что я сомневалась, что кто-то согласился бы с тем, что я приспособилась к Тандер-Бэйю, хоть и выросла там.

Я немного скучала по дому.

– Я бы испортила веселье, – сказала я ей с полуулыбкой. – Поверь мне.

Достала пачку спичек из ящика и зажгла лампадку внутри тыквы, теплое сияние начало исходить из ее глаз и рта.

Строго запрещалось поджигать что-либо в общежитии, но никто же никогда не узнает об этом.

Я выключила настольную лампу, в темноте мерцающая свеча немного пугала.

Тэя разделась и натянула халат, взяв полотенце и принадлежности для душа.

– Счастливого Хеллоуина, – пропела она, уходя в душ.

Но я лишь произнесла:

– Ночь Дьявола.

– Хм?

Я повернула голову, увидев, что она взялась за дверную ручку.

– Завтра Хеллоуин, – сказала я. – Сегодня Ночь Дьявола.

– Как в «Вороне[20]»?

Я рассмеялась.

– Ночь Дьявола, Ночь Озорников, Ночь Капусты… Я забыла, что большая часть мира за пределами Тандер-Бэйя – и, возможно, Детройта – никогда раньше не слышала об этом празднике, кроме как в фильмах.

Она наклонилась и посмотрела на часы на своем столе.

– Ну, уже больше часа ночи, – сказала она. – Сейчас Хеллоуин.

Она показала мне язык и ушла, направившись вниз по коридору, чтобы принять душ.

Туше.

Я сняла очки и потерла глаза, закрывая на ночь учебник. Обмотав карточки резинкой, швырнула их на стол, подняла крышку фонаря и положила ее на место.