Сумрак
Это место называют Блэкчерч. Уединенное поместье в отдаленной местности, куда богатые отсылают своих провинившихся сыновей.Уилл Грэйсон всегда был настоящим зверем. Безудержным, диким. Он никогда не следовал правилам, кроме одного: делай то, что считаешь нужным.В старшей школе он с наслаждением зажимал меня по углам, когда никто не видел. Иначе все вокруг поняли бы, как мистеру популярность нужна эта тихая девчонка-ботаник, над которой ему так нравилось издеваться.Но я знаю кое-что еще. Каким мягким он может быть. И с каким отчаянием защищать меня.Правда заключается в том, что у него есть право меня ненавидеть.Это все моя вина. Все.Ночь дьявола. Видео. Аресты.И я ни о чем не жалею.
* * *Через несколько часов такси заползло в Тандер-Бэй, едва набирая скорость более двадцати миль в час, поскольку улицы были переполнены людьми.
Это было похоже на Марди Гра[22], только никто не улыбался.
Камеры, съемочные группы новостей… Уилл будет в центре всего этого. Его дед был сенатором.
Мы въехали в город, «Стикс» и все пространство перед ним было забито людьми. Все хотели быть там, где происходило самое интересное, и даже дети оказались в центре событий.
Это все моя вина. Боже, что я наделала!
После того, как мне не удалось ни до кого дозвониться, я даже не стала собирать вещи.
Не могла вылететь раньше шести утра по моему времени, а сейчас уже за шесть вечера по времени Тандер-Бэйя. При пересадке в Чикаго я могла урывками наблюдать за происходящим в своем телефоне.
Их арестовали.
А Мартин, вероятно, был на седьмом небе от счастья.
Я огляделась, по улицам ходили люди, которых я не знала. Я сглотнула несколько раз. Все, что я хотела, – чтобы он был свободен. Снова посещал школу, как в старые добрые времена.
Уилл.
Но потом почувствовала запах.
Огонь.
Повернула голову, огляделась, и мой взгляд остановился на желтой ленте на холме.
Внутри меня все рухнуло.
– Остановитесь, – выдохнула я.
Водитель продолжил ехать.
– Остановитесь! – крикнула я, копаясь в кармане в поисках наличных.
Машина остановилась, люди разговаривали и кричали рядом с такси. Я бросила деньги на переднее сиденье и выскочила из машины, помчавшись через улицу сквозь толпу.
Я смотрела на нее, поднимаясь по небольшому склону, – дерево обуглено, крыша обрушилась, повсюду обломки.
Моя беседка.
Почему… кто?..
Я повернулась, оглядела город и заметила деревянную решетку, прикрепленную к тому, что раньше было витриной ювелирного магазина Фэйнов.
Что, черт возьми, случилось здесь прошлой ночью?
На глаза навернулись слезы, но я быстро вытерла их и бросилась обратно с холма через улицу, проталкиваясь сквозь толпу, пока не почувствовала, что не могу дышать.
Я построила ее. Больше ничего не сгорело. Почему именно она?
Как будто они собирались стереть память обо мне в городе."
"Я побежала, свернула направо по более тихой улице и помчалась к полицейскому участку.
– Эмери! – кто-то рявкнул.
Но я проигнорировала его, вероятно, полицейский пытался сообщить мне, что я не могу просто так врываться сюда.
– Эмми! – крикнул другой человек.
Я развернулась, ударила руками по двустворчатой двери и бросилась к столу брата.
Его не было на месте. Я посмотрела на Брайана Бэйкера, возвращающегося к своему столу с чашкой кофе.
– Где он?
– В туалете, – сказал тот, делая глоток. – Присаживайся.

















