Сумрак

– Кто-нибудь из этого дома следует за нами?

Но я не обернулся и не ответил. Эйдин Хадир был проблемой номер шестьсот пятьдесят три, а я был только под номером четыре.

* * *Я закончил четвертый звонок, положил трубку и поднялся со стула. Я все еще был в наполовину промокших джинсах, но вместо того, чтобы пойти в душ или переодеться в костюм, разложенный для меня на кровати, повернулся и посмотрел в окно.

Ночь прошла быстро, море на горизонте было спокойным и черным, я сжал кулак.

Мартин Скотт мертвец. Он заслужил гнить в безымянной могиле посреди леса, где он будет лежать одинокий и всеми забытый.

Тот ад, через который Эмми пришлось пройти из-за него…

Я был зол на нее и одновременно разочарован, мне больше никогда не хотелось на нее смотреть, но как бы мне ни хотелось это признавать… кажется, я понимал ее состояние и что она думала, будто у нее нет другого выбора.

Единственной ее непростительной ошибкой было долгое молчание.

Она должна была прийти и разыскать нас. Как кто-то мог так жить?

Я не хотел больше заставлять ее страдать. Просто хотел, чтобы она навсегда ушла из моей жизни. Очевидно, я ошибался, и она не была одной из нас.

Я готов жить.

В дверь постучали, и я напрягся, услышав, как она открылась позади меня.

– Привет, – сказал Миша, и я услышал звук закрывающейся двери."

"Я глубоко вдохнул и выдохнул, его присутствие заставило меня почувствовать, что стены смыкаются. Мы всегда были близки, несмотря на разницу в возрасте, но мне не нравилось, что он впутался в это дело. Он никогда не любил драмы и ненавидел моих друзей.

И я был без него долгое время. Слишком долго.

Я повернулся и посмотрел на него, увидев, как кончик татуировки скользит по его ключице, а кольцо в губе блестит в тусклом свете.

Он немного потоптался на месте.

– Мне очень жаль, что мы так долго искали тебя, – сказал он.

Я скрестил руки на груди и направился обратно к столу, сложил записи, которые сделал во время звонков, и сунул бумагу в задний карман.

– Я не ждал помощи и не ожидал ее.

– Твои чертовы родители, – пробормотал он. – Они просто…

– Они не отправляли меня туда, – сказал я.

Мои родители никогда бы этого не сделали. Они были ужасно напуганы, пытаясь понять, что со мной делать, и довольно хорошо скрывали мое состояние от остальных членов семьи, но они бы ни за что в жизни не отказались от меня таким образом.

– Дедушка? – попробовал угадать Миша.

– Это не имеет значения.

Я не был готов говорить о Блэкчерче и о том, как оказался там, пока не убедился, что мой план сработает. Я еще не во всем разобрался и не хотел признаваться раньше времени.

Миша находился здесь вместе со всеми, потому что все изменилось, и пройдет некоторое время, прежде чем мы вернемся к нормальной жизни. Если вообще вернемся.

Он слегка усмехнулся.