Сумрак

Не заставляй мою маму смотреть, как тебя уносят.

Грудь Эванса тяжело поднималась и опускалась, на его лице отразился страх, уверен, что он ломал голову, пытаясь понять, как ему выбраться из этой ситуации.

Но кто-то подошел и схватил его, силой выгоняя из парка, в то время как остальные офицеры оставались вместе с ними.

– Я позабочусь об этом, – сказал мне дед. – Позвони Джеку, если хочешь, чтобы и другого забрали.

– Спасибо, дедушка.

Его помощник был таким же надежным, как и он, поддерживал постоянную связь со мной в Блэкчерче и держал в курсе моего деда.

Он посмотрел на меня и улыбнулся.

– Будьте осторожны. Все вы, – сказал он. – Я буду в таверне, если понадоблюсь.

Я кивнул, глядя, как он, Эванс и офицеры покидают парк. Я повернулся и увидел, что на разборках остались только наша команда, Эйдин и Мартин.

Мика подошел ко мне.

– Значит, тебе нужна была сила наших семей? – спросил он. – Их связи и их вложения в твой курорт? Ты использовал нас из-за наших семей?

– Хочешь использовать меня для моей? – бросил я в ответ. – Я просил дать мне ответ до конца выходных. Я выбрал вас. Теперь ваша очередь выбирать нас.

Они нам действительно были нужны, но я никого не приглашал в стаю, кто, как мне казалось, явно не принадлежал этому месту. Мика Моро и Рори Гиардон были моими друзьями, и я был полностью уверен, что Майкл и остальные тоже сочтут их своими.

Я повернулся к Эйдину, расправив плечи.

– Уезжай отсюда.

Он оглянулся.

– Он мог бы быть мне полезен.

Мартин Скотт?

Эйдин Хадир не интересовался деньгами, властью или бизнесом. Ему приносило удовольствие играть людьми, и, когда он возьмет в свои руки Скотта, в результате я, Эмми и Алекс остались бы его вечными пленниками.

– Я прошу тебя в последний раз, – выпалил я. – Уезжай.

Эм подошла и встала рядом со мной лицом к нему.

Он использовал ее в Блэкчерче. Но несмотря на это, он направлял ее, как никто другой.

За это я позволил бы ему уйти отсюда на своих двоих.

Он встретился с ней взглядом, в его глазах мелькнуло что-то, что я не смог распознать.

– Тебе страшно, Эмери? – спросил он ее.

Ее голос оставался таким же тихим и спокойным, как и ее тело.

– Я эпицентр бури. А ты?

Он повернул голову, глядя на Алекс, их так явно тянуло друг к другу, что я почти чувствовал, как вибрирует в земля.

– Я и есть буря, – пробормотал он.

Алекс не двигалась, Эйдин стоял на месте, ощущая себя тикающей бомбой, и я краем глаза заметил, что мимо что-то проскользнуло, но прежде, чем успел понять, что это было, заговорила Уинтер.

– Пистолет, – сказала она, тяжело дыша. – Я слышала, как кто-то щелкнул предохранителем.

Я бросил взгляд на Эйдина, у которого на губах появилась легкая ухмылка, а затем Мартин потянулся к своему пистолету в кобуре, я обернулся, зная, что вот-вот начнется ад.