Светлейший. Отпуск не по плану (СИ)

— По крайней мере, сотрудники Четвертого отделения должны знать всех…

Авдеева поставила на одно из кресел свой саквояжик и извлекла оттуда пакет с чистым бельем.

— Расстелите простыню на полу и положите на нее пациента, — распорядилась она. — Раздетого. Давайте в темпе, господа. Времени мало.

Пока мы возились с перемещением Черкасова, лекарка быстро переоделась в подобие хирургического костюма — достала из второго закрытого пакета что-то вроде длинного платья и надела поверх своей одежды. Матушка тактично отвернулась, когда я принялся освобождать экспедитора от остатков костюма.

— Разойдитесь, пожалуйста, — велела лекарка. — Дальше я справлюсь сама."

"Я уже знал, что сейчас будет, но все равно всегда завороженно наблюдал за работой лекарей. Магическая медицина в какой-то степени оставалась для меня загадочной. Вроде и понимаешь, как все работает, в теории знаешь, как связывать заклинания, и все прочее… Но медицины в этом ремесле было куда больше, чем самой магии. Поэтому все лицензированные магические лекари сперва проходили обучение в медицинских университетах.

Иными словами, всякий маголекарь — врач, но не всякий врач — маголекарь.

Мы расступились на несколько шагов, и Авдеева склонилась над Черкасовым. Она тут же создала куполообразный непроницаемый барьер и при помощи стихий запустила стерилизацию воздуха внутри импровизированной «операционной».

— Состояние стабильное, — сказала она. — Хорошо вы его накачали. Благодарю, так мне будет проще.

Она погрузила Черкасова в глубокий сон и принялась извлекать пули. Вот здесь работало завораживающее соединение классической медицины и Дара. Авдеева использовала стихии для манипуляций, эфир — для контроля жизнедеятельности и базовые знания — для того, чтобы все это работало.

Мне показалось, что «наркоз» у Черкасова не был глубоким, но лекарю было виднее.

— Повреждена печень, сильное внутреннее кровотечение.

— Вам нужна помощь?

Лекарка лишь покачала головой.

— У меня все под контролем.

Удалив кровь при помощи сочетания стихий, она принялась сращивать ткани. Это заняло много времени, но дама явно была перфекционисткой. И лишь когда все основные манипуляции были закончены, она принялась перенаправлять потоки эфира так, чтобы многократно ускорить процесс заживления.

Через полчаса все было кончено, и Авдеева на миг сняла купол, отошла на шаг и тут же снова возвела защитный барьер вокруг спящего Черкасова.

Шагнув к нам, она пошатнулась, и я едва успел подхватить ее под руки.

— Прошу прощения… Сегодня это уже третий вызов, и все тяжелые. Силы на исходе.

— Яна, — окликнула помощницу княгиня, — Кофе, пожалуйста. Госпожа Авдеева останется с нами на ужин.

— Ваша светлость, что вы…

— Не обсуждается, Дарья Михайловна.