Светлейший. Отпуск не по плану (СИ)

* * *Особняк светлейших князей Николаевых расположился на улице с говорящим названием — Большая дворянская. Это было самое начало Петроградской стороны, у Троицкой площади. Немного потолкавшись по центру города, мы выехали на площадь с Троицкого моста. Соседство особняка было поистине царским: слева находилась Петропавловская крепость и Каменноостровский проспект.

— Подождите меня здесь, — сказал я, когда Федор припарковал фургон перед массивными чугунными воротами.

Выбравшись, я глянул на свое отражение в боковом зеркале. Да уж, не самый подходящий вид для триумфального возвращения — растрепанный, в мятом костюме, туфли пыльные.

Но приводить себя в порядок времени не было. Домашние и так наверняка стояли на ушах из-за моего исчезновения.

Я позвонил в звонок у ворот.

— Кто пожаловал?

— Алексей Иоаннович Николаев, сын ее светлости, — улыбнулся я прямо в камеру. — Пожалуйста, откройте ворота для моего автомобиля.

— Ваша светлость!

— Пожалуйста, побыстрее. У меня тут женщины и дети!

Сейчас будет жарко. Зная матушку, она отложит выволочку до момента, когда мы останемся наедине. А ее ждет увлекательный рассказ о том, почему я приволок к нам домой на неизвестной машине троих неизвестных преступников, напуганную женщину с ребенком и двух не менее напуганных шоферов.

Ворота распахнулись, и я велел Федору заезжать.

Сам особняк был построен в стиле модерн и чем-то напоминал старые дома немецких баронов. Здание возвели больше ста лет назад, какое-то время оно переходило от одного рода к другому, пока мой дед Николай III его не выкупил, а затем подарил матушке на свадьбу.

Двухэтажный дом был выложен белой плиткой, украшен лавровыми венками и щитами тевтонских рыцарей — собственно, одним из прежних владельцев как раз и был был немецкий барон.

Родители не стали портить эту красоту. Даже внутренний дворик, где сейчас располагалась небольшая парковка, был отделан со вкусом.

— Привет, Аграфена, — улыбнулся я, открывая двери фургона.

Нас уже ждали, и встречу эту теплой я бы не назвал.

Помощнице хватило самообладания не устраивать сцену, но она взглянула на меня так многозначительно, что я все понял — сейчас спустится светлейшая княгиня, и грянет гром. Впрочем, мне было чем ее отвлечь.

— Андрей? — охнула Феня, когда он помог своей жене с ребенком спуститься.

— Наталья! Боже, что вы здесь делаете…

— Я все объясню позже, — я наклонился к уху маминой помощницы. — Пожалуйста, вели одной из дам позаботиться о гостье и мальчике. Они пережили большое потрясение. И хорошо бы показать их лекарю.

К чести Аграфены, она не стала задавать лишних вопросов — слишко хорошо меня знала, чтобы не доверять. Помощница тут же подозвала одну из горничных матери и отдала распоряжения. Наталью вместе с сыном проводили в дом.